Книга Имперский вор. Том 6, страница 32 – Дмитрий Ра

Домовой же Дориана и видел, и слышал, и объяснение по его поводу получил.

— Уважаемый хранитель, я вино возьму?

— Бери, князь. Думаешь, он? Божок этот?

— Проверим.

Кидаю в наполненный бокал очередной божественный волосок и предупреждаю парней:

— Удивлялки потом. Не вмешивайтесь.

Дориан возникает буквально из воздуха, и Костя Шах, как раз заглянувший в комнату, застывает в дверях. Но не уходит.

— Кто не знаком лично – знакомьтесь! – провозглашаю я. – Бог торговли Дориан к нашим услугам.

Божка заметно корёжит от такого моего хамства, но он вежливо здоровается со всеми сразу. Парни так же вежливо отвечают, а Шах, продолжая стоять на пороге гостиной, тихо и восхищённо ругается.

— Чем обязан, князь? – криво улыбается мне Дориан, покончив с этикетом.

— Связь разорвана?

— Да. Насколько помню, господин хранитель дома это подтвердил.

— И что ты за это ему сделал? – Уточняю: – Дмитрию Бородину.

— Ничего, – хмыкает Дориан. – С ним что-то случилось?

— Да, он попал в беду.

Божок пожимает плечами.

— Я предупреждал тебя.

Хреново предупреждал. Ну и я не придал значения, тоже факт. Требую:

— Поясни.

— Позволите сесть, ваше сиятельство? – неожиданно любезно интересуется бог.

— Позволяю.

Бестактный Шах длинно свистит.

Ну да. Меня даже боги уважают. До такой вот степени.

А то, что из большого уважения они пинком вышвырнули меня в другой мир… это уже другой вопрос. Который я тоже прекрасно помню.

— Я действительно могу говорить… при всех? – осведомляется Дориан, усевшись в кресло, созданное щелчком его пальцев.

Пристально смотрю на него и киваю, не отводя взгляда.

Ты можешь, Дорик. Если будешь прикусывать язык в определённых моментах. Если не станешь называть меня старым именем. И не начнёшь провоцировать.

Впрочем, я уверен, что бог торговли не полезет на рожон. По крайней мере не здесь и не сейчас.

— Ваш друг стал моим адептом, – начинает Дориан. – А мои адепты обретают не только успех в торговых делах. Они имеют и другие бонусы. Например, удачу в дороге: никогда не опаздывают, не попадают в неприятности, которые могут их задержать. Но…

— И в пробках не стоят? – неожиданно перебивает его Шах.

Дориан усмехается:

— И в пробках не стоят. Простите, я не знаю вашего имени, уважаемый незнакомец.

Он вопросительно смотрит на Шаха, но тот и не думает представляться. Недолгая пауза, и Дориан продолжает:

— Но главное – я всегда оберегаю их. Не нужно так смотреть на меня, Ник… князь. Это правда. Принято называть такую заботу пеленой незаметности. Работает она следующим образом: если кто-либо питает к моему адепту вражду, замышляет против него дурное…

— То перестаёт замышлять и начинает его любить? – не выдерживает Палей. – Круто!

Дориан качает головой:

— Нет-нет. Не настолько, как вы изволили выразиться, Сергей Викторович, круто.

Палей подаётся вперёд, явно удивившись, что бог знает его имя, но осекается.

Правильно. Вопрос был бы глупым. Понятно, что, попав сюда, Дориан первым делом выяснил всё о своих первых знакомцах – моей команде, побывавшей в его мире. И логично выбрал для охмурения бизнесмена Токсина…

Бог продолжает:

— Враг моего адепта всего лишь откладывает свои дурные намерения на будущее. Неопределённое и отдалённое. Постоянно забывает, что и зачем хотел сделать. Практически он помнит о существовании моего адепта, лишь когда его видит.