Онлайн книга «Ведьмы из Броккенбурга. Барби. Часть 1-3»
|
Первый квартал она миновала на деревянных ногах, держа неестественно прямую спину. Все казалось, позади нее вот-вот скрипнет дверь и на улицу выглянет, улюлюкая, ограбленный ей старикашка. Плешивый сморчок, потрясающий сморщенными кулачками и призывающий стражу. Воровка! Ату! Взять ее! Чтобы побороть эту мысль, свербящую под ложечкой, она заставила себя мысленно вспоминать семьдесят два имени младших адских владык. Поначалу шло легко – Король Белет, Принц Ситри, Король Пурсон, Граф Раум, Герцог Увалл, Рыцарь Фуркас – но уже на втором десятке она споткнулась, а к третьему стала колебаться. Маркиз Ориакс – называла она его или нет? А того, другого, маркиза, что управляет тридцатью адскими легионами и ведает знаниями обо всех птицах и драгоценных камнях?.. Непросто думать о демонах, когда всей спиной, пылающей как жаровня, ожидаешь крика сзади. Или выстрела. Она миновала целый квартал, прежде чем поняла – крика не будет. Херов старикашка, эта высохшая в своей норе моль, не отважится на погоню. Может, он слишком дряхлый даже для того, чтобы доковылять до порога. Может, так боится окружающего мира, что никогда и не рискнет показаться наружу. А может, он попросту не сообразил, что его обокрали. Эта мысль была особенно сладка. И верно, подумала Барбаросса, легонько встряхивая мешок, чтобы вновь ощутить приятную тяжесть добычи, к тому моменту, когда он одолеет лестницу, от сестрицы Барби в гостиной не останется даже запаха. Он просто решит, что охранные чары привела в действие какая-нибудь забравшаяся к нему в гости мышь, рассчитывавшая найти в его логове сырную корку, или кусок отсохшей от потолка штукатурки. Наверно, пройдет по меньшей мере пару часов, прежде чем он вспомнит про свою игрушку в банке на кофейном столике, и только тогда обнаружит пропажу… Барбаросса ухмыльнулась, заставив спешащего навстречу прохожего испуганно шарахнуться в сторону. Мысли, эти беспокойные мерзавки, еще недавно причинявшие ей уйму хлопот, грызущие душу, сделались приятны и легки. Они звенели радостно и ликующе, в так ее шагам, точно подкованные гвоздиками ландскнехтские сапоги по броккенбургской мостовой. Вырвалась! Сперва было попалась, как растолстевшая шлюха, но – хвала школе Панди – не растерялась, не запаниковала, не наделала глупостей. Сохранила ясную голову и трезвый рассудок, вырвалась из силков на волю, только невидимые зубы и клацнули. Сестрица Барби, может, не образец здравомыслия, но кое на что она, выходит, и годна! С другой стороны… Барбаросса мысленно хмыкнула, борясь с желанием закрутить мешок с добычей в руке, а то и подбросить вверх, точно чепчик. Лишь вынырнув из старикашкиного логова, набрав в грудь прохладного октябрьского воздуха, она сообразила то, что должна была сообразить почти тотчас, едва только пробудила охранные чары. И что мгновенно сообразила бы на ее месте Котейшество. Никакой опасности, скорее всего, и не было. Сеть охранных чар, до усрачки напугавшая ее, была большой, сложной, запутанной, но… Совершенно никчемной, подумала Барбаросса, с облегчением оставив за собой опасный квартал. Чары в гостиной были всего лишь видимостью, бутафорией, такой же опасной, как палаш, слепленный из хлебного мякиша. Просто херова мешанина беспорядочно наваленных сигилов, которые, сопрягаясь, наполняли воздух жутковатым дыханием Ада. И только-то. Неплохой фокус, если хочешь напугать заглянувшего на огонек вора, ни хера не смыслящего в чарах. А ведь она едва не попалась на этот фокус. Застыла, как ледяная статуя, ожидая самого страшного. Потратила несколько минут, лихорадочно пытаясь найти смысл в том, что смысла не имело отродясь. Обманка. Обычная дешевая обманка… |