Книга Прайм-тайм, страница 34 – Максим Шаттам

— Какова позиция канала? Сколько времени мы позволим этому типу оставаться в эфире?

— Столько, сколько потребуется.

Родрик удивился:

— «МД1» будет потворствовать захвату заложника?

— «МД1» сделает все, чтобы спасти жизнь своего лучшего ведущего.

Шарлен не пропустила ни слова. И расшифровала смысл этого обмена репликами.

«МД1» собирался использовать выпавшую ему возможность, чтобы держать весь мир в напряжении.

Улетный пиар-ход.

«МД1» – средство массовой информации, а уж СМИ умели извлекать выгоду из самых ужасных ситуаций.

Дверь производственной зоны внезапно открылась, и внутрь мгновенно проникли несколько вооруженных человек в балаклавах и военной экипировке. Они бесшумно заняли мостик, разошлись по всем углам.

На их спинах было написано «СПЕЦНАЗ».

Один вошел в режиссерскую и снял балаклаву. Ему не было и сорока, две глубокие вертикальные морщины прорезали его щеки, а взгляд светлых глаз был проницательным и холодным.

— Я капитан Остен, группа вмешательства национальной жандармерии. С этого момента мы берем контроль над помещением.

Шарлен знала, чего ожидать, это было логично, однако у нее на лбу выступила испарина. От безликих быстрых силуэтов в балаклавах, казавшихся массивными из-за экипировки и штурмовых винтовок, веяло властной силой.

Капитан Остен быстро расспросил Родрика и Ирен о техническом оборудовании режиссерской, в то время как его заместитель, майор Натэ, красавец-метис, которого было бы радо заполучить любое модельное агентство, распределял своих людей, сверяясь с планом производственной зоны на планшете:

— Команда четыре, поднимайтесь по лестнице на разведку. Согласно плану, там должно быть остекление с видом на студию внизу. Хочу знать, безопасно ли там и можем ли мы разместить снайперов.

Заметив, что на него смотрит Шарлен, майор обратился к ней:

— Стекла наверху, те, что выходят на студию, прозрачные? Противник может нас заметить со своей позиции?

На этот раз именно он сверлил ее взглядом и обращался к ней с обескураживающей властной уверенностью.

Шарлен кивнула, все еще не в силах произнести ни слова. Затем, мысленно перенесясь туда, где находился человек в черном, поняла суть вопроса:

— Если он посмотрит наверх, его ослепят софиты с фермы. Это правда, стекла там не зеркальные, но вряд ли он сможет что-нибудь толком разглядеть.

— Ферма – это что?

— Широкая стальная решетка на высоте метров пяти, к ней крепятся прожекторы. Это и называется фермой.

— По ней можно передвигаться?

Робея, как девочка в детском саду, Шарлен кивнула:

— Да, э-э, да, она… массивная и прочная. Есть лестница в углу рядом с гримерным столиком, оттуда можно на нее забраться. Не очень удобно, встать в полный рост не получится, но на корточках – без проблем. – Поняв, что забыла важную информацию, она поспешно добавила: – И кстати, это решетка, так что через нее видно насквозь. Ферма находится ниже уровня остекления верхнего этажа, за этим типом можно наблюдать сверху.

— Она перекрывает прямой доступ в студию с верхнего этажа? Можно спрыгнуть через окна или проход заблокирован?

— Все зависит от того, какой проход вам нужен, – пробормотала Шарлен, с трудом свыкаясь с властным тоном военных. – Она заканчивается перед остеклением. Э-э… В общем, она занимает центр потолка и края, там, где нет окон на верхнем этаже, но оставляет пространство в несколько метров, чтобы не закрывать вид из окон.