Книга Тайна последней ночи, страница 48 – Тошика Масаки

Родственники жаждали их возвращения. Они беспокоились. Надеялись, что пропавшие живы. Хотели связаться с ними. Желали им безопасности. Написанные в окошках под портретами и особыми приметами слова казались банальными, но именно поэтому были такими искренними, чистыми надеждами тех, кто остался.

С тех пор как была убита Коминэ Акари, прошла неделя. Местонахождение Момои Тацухико по-прежнему оставалось неизвестным. Расследование буксовало во многом из-за того, что о преступлении стало известно лишь спустя три дня после его совершения. Время побега ключевого свидетеля установить не удавалось, поэтому анализ записей с камер наблюдения и поиск свидетелей продвигались крайне медленно.

В ночь убийства Тацухико почти дошел до своего дома, что находился всего за двести метров от места преступления. Камеры зафиксировали, как он шел в сторону дома. Вернулся он после этого в квартиру или нет, так и осталось неясным. Его жена Ноноко утверждала, что он домой не приходил, но нельзя было исключать, что она пытается прикрыть мужа.

Ни по телевизору, ни в газетах, ни в интернет-изданиях, ни в соцсетях или на форумах имя Момои Тацухико пока не обнародовали. Поэтому у подъезда его дома не дежурили журналисты, а Ноноко, судя по всему, продолжала жить обычной жизнью.

По словам сотрудников, ведущих наружное наблюдение, около половины девятого утра Ноноко выходила из дома с сыном Ринтой. Она отводила его в детский сад в нескольких минутах ходьбы от дома, а затем ехала на поезде на работу, а именно в офис, расположенный в районе Акасака-Мицукэ. Компания представляла собой IT-фирму, чуть больше чем на двадцать сотрудников. Ноноко работала веб-дизайнером. У нее был сокращенный рабочий день: в пять вечера женщина уходила, забирала Ринту из садика и возвращалась домой. Пока что единственным человеком, контактировавшим с Ноноко, была мать Момои Тацухико – Тиэ. Она посещала квартиру днем, до возвращения невестки, из чего следовало, что у нее есть запасной ключ.

— А, вот мы и пришли, – сказал Мицуя, останавливаясь.

Они стояли перед неприметным многоквартирным зданием.

Гакуто и Мицуя находились в городе Маэбаси. Он располагался в северной части региона Канто, чуть меньше чем в двух часах езды от Токио на высокоскоростном поезде «Синкансэн» или обычной электричке. С трех сторон город был окружен горами, а из-за сильных ветров температура здесь ощущалась градусов на пять ниже, чем в столице.

Район, отходящий влево от вокзала Маэбаси вдоль аллеи из деревьев дзельквы, представлял ресторанный квартал. Вдоль дороги тянулись здания, среди которых соседствовали наливайки-идзакаи, бары, японские закусочные и итальянские рестораны.

Нужный им бар под названием «YOYO» располагался на пятом этаже. На табличке у лифта значилось: «Алкоголь и закуски». Похоже, на каждом этаже размещалось по четыре заведения.

Время было шестой час вечера, так что на пятом этаже еще не горели неоновые вывески. Только у «YOYO» рольставни были наполовину приподняты, а внутри горел мягкий, приглушенный свет.

Мицуя нагнулся, проскользнул под рольставнями и, открывая находящуюся под ними дверь, сказал:

— Добрый вечер.

— Ой, простите-простите! – переполошилась стоявшая за стойкой женщина. – Мы еще не открылись. Могу предложить только напитки. Если устроит, присаживайтесь, – протянула она немного гнусаво.