Книга Умереть красиво, страница 92 – Питер Джеймс

— Спасибо, Норман, – вздохнул Грейс.

— У меня таких анекдотов воз и маленькая тележка, – обрадовал сержант.

— Даже не сомневаюсь, – парировал Грейс. – Но сейчас без четверти девять, суббота. Может, повеселишь нас потом, когда убийца будет за решеткой?

— Отличный план, – поразмыслив, согласился Поттинг. – Рой, а ты соображаешь.

Грейс разинул рот. Глядя на Поттинга, не угадаешь, то ли он совсем дурак, то ли, наоборот, слишком умный. Впрочем, по опыту работы с сержантом напрашивался вывод, что тот умудрялся сочетать в себе оба качества.

Брэнсон, вырядившийся сегодня в дорогущую кожаную куртку поверх черной футболки, записывал в блокнот номер.

— Перезвоню через десять минут. Нет, вам совершенно не о чем волноваться. Спасибо.

В штабе воцарилась тишина, все взгляды устремились на Гленна.

— Возможно, еще одна ниточка, – сообщил он, повесив трубку.

— Толковая?

— Из таксофона звонил мужчина. С домашнего побоялся. Но его спугнула припаркованная неподалеку машина. Он решил подойти к ней, проверить. Я наберу его ровно через десять минут.

Брэнсон посмотрел на часы – массивный прямоугольник из нержавеющей стали, успевший до тошноты надоесть окружающим. Каждому встречному и поперечному Гленн рассказывал, что такие носят русские подводники, а он приобрел красавцев в элитном брайтонском бутике. Ни до, ни после Грейсу не доводилось видеть таких гигантских наручных часов.

С тех пор как в среду обнародовали информацию об убийстве Джейни Стреттон, в полицию поступило более двухсот пятидесяти звонков. Каждый из них предстояло отработать, однако вероятность наткнуться на по-настоящему ценные сведения сводилась к минимуму. А сегодня, после публикации в «Аргусе» заметки про жука-скарабея – завтра ее, без сомнения, подхватят все национальные газеты, – количество звонков вырастет в разы, и следственная группа будет зашиваться, отделяя немногочисленные зерна от плевел.

— Очередная пустышка? – поинтересовался Грейс.

— Он сказал, что был свидетелем убийства Джейни Стреттон.

Грейс сидел за рулем гражданского, без опознавательных знаков, «форда-мондео», рядом с ним на пассажирском сиденье устроилась Эмма-Джейн Бутвуд в элегантном темно-синем костюме-двойке и светло-голубой блузке; на коленях у девушки, поверх большого коричневого конверта, лежала распечатанная из интернета карта с маршрутом.

Обычно в длительных поездках Грейс старался наладить контакт с младшими членами группы, однако сегодня его одолевали другие заботы (злость на неприемлемое поведение Нормана Поттинга казалась так, мелочью), поэтому разговор не клеился. Эмма-Джейн немного рассказала о себе: ее отец владел рекламным агентством в Истборне, а младший брат несколько лет назад поборол опухоль мозга. Грейс услышал достаточно, чтобы разглядеть человека за фасадом молодой, амбициозной сотрудницы полиции, какой она представала на работе. Сам суперинтендант предпочитал помалкивать – после нескольких попыток завязать беседу Эмма-Джейн уловила намек, и дальше они ехали в тишине.

На скорости ровно семьдесят пять миль в час «форд» двигался против часовой стрелки по магистрали М25. Грейс откровенно недолюбливал эту дорогу – из-за постоянных заторов водители прозвали ее самой огромной парковкой в мире; однако субботним утром автомобили радовали своей немногочисленностью, а их поток – размеренностью. Такая прекрасная на первых порах погода постепенно портилась, небо окрасилось в зловещий угольный оттенок. Накрапывал дождик, но очень мелкий – не повод включать дворники. Грейс едва обратил внимание на капли на лобовом стекле, поскольку вел на автопилоте, а его мысли были заняты расследованием.