Книга Акулий король, страница 218 – Саша Хеллмейстер

Он не стал говорить, что дядя отправил его в итальянскую ссылку, чтоб Донни не мстил за Дору. Если это случилось бы, всей семье Мальяно пришел бы конец. Там, залечив раны, он вернулся и сразу повстречал третью жену, которой попытался заменить свою единственную любовь.

— Как ее не стало? – улыбка сошла с лица Шарлиз.

Глаза поблекли. Она сочувствовала, он это увидел и растрогался.

— Это был несчастный случай. Не бери в голову. – Он ласково обнял ее за затылок и поцеловал в губы. – Это случилось так давно. Все прошлое осталось в прошлом.

— Прости, что спросила.

— Ничего. Ее уже нет со мной двадцать семь лет: я это пережил, смирился, боль утихла.

Он врал, такая боль никогда не уходит до конца. Она похожа на рану: нет-нет, но однажды вскрывается, напоминает о себе, кровоточит и ноет. Донни не хотел, чтобы Шарлиз ревновала к покойнице, не хотел, чтобы она думала, будто Дора ему дороже нее, – он вдруг поймал себя на этом и едва не рассмеялся, правда, нервно: с чего вдруг такие мысли? Не думал же он так при двух других женах. Впрочем, он знал, что разница между ними и Шарлиз заключалась в том, что он был страстно одержим жаждой обладания ею, как когда-то был одержим и Дорой. Только теперь он вырос, и сила этого чувства возросла многократно, так, что даже пугала его.

Он полагал, ничто больше не сможет удивить его, ведь он столько всего пережил, – однако вот она, кошечка, сидела под боком и доверчиво слушала его рассказы, принимала ласку, любила.

«А ведь могла бы оказаться одной из числа тех, кого мои парни пакуют в фургоны, как тех девушек, которые больше никогда не возвращаются», – холодно и отстраненно подумал он и дернул щекой.

Какое-то время они с Шарлиз уютно молчали, занимаясь каждый своим делом. Когда темнота за окнами сгустилась, Донни включил несколько ламп и, размяв плечи, попросил:

— Tesoro^[42], в моем кабинете на столе лежат очки: принеси, будь добра.

Шарлиз вскинула взгляд от книги. Он просит зайти в свой кабинет? Она нерешительно замерла, будто пытаясь что-то возразить, но он рассмеялся:

— Да иди, что ты, у меня там нет ничего особенно страшного. Ты их сразу найдешь: они в кожаном футляре. Давай.

Она встала, и он ласково подтолкнул ее под бедро, качая головой и опустив взгляд обратно в текст. Шарлиз направилась к той самой двери за тяжелой шторой, гадая, то ли это проверка такая, то ли Донни просто доверяет ей больше прежнего. Потянув за ручку, она открыла кабинет и обернулась: Донни не глядел на нее. Поставив локоть на ручку дивана, он удобно оперся о ладонь виском и скучающе пролистывал бумаги.

Шарлиз шагнула за порог кабинета. Там было темно, и она запнулась.

— Выключатель сбоку, наверху, – подсказал Донни мельком, с улыбкой, взглянув на нее.

Шарлиз нашла маленький рычажок и щелкнула им. Зажглись настенные бра, осветив невероятно уютную небольшую комнату, в которой все стены были заняты высокими книжными шкафами и перемежались с темными дубовыми панелями. Под ногами был брошен дорогой бордовый ковер с коротким ворсом и замысловатым узором. Возле череды узких высоких окон стоял стол, за ним – кожаное кресло. Все было солидным, массивным, строгим, но удивительно комфортным даже на вид и полностью отражало нрав хозяина кабинета. Шарлиз мельком скользнула взглядом по книгам на полках. Там хранились разнообразные издания, посвященные юриспруденции, праву и законам, также – толстые энциклопедии и справочники. Другие книги, в одинаковых обложках из кожи с тиснением, не были подписаны: Шарлиз не стала задерживаться у полок и сразу прошла мимо софы и двух кресел к столу. На нем царила чистота, пускай и не полный порядок. Под внушительным пресс-папье из куска светло-голубого, с белыми прожилками флюорита лежали стопки бумаг, испещренных широким, размашистым, красивым почерком. Скорее всего, это и был почерк Донни. Шарлиз, как влюбленная молодая женщина, уловила это и запомнила, как запоминала все, что составляло в ее голове впечатление от любимого, – это было подобно составлению общей картины из кусочков. В углу стоял на подставке большой красный коралл. Шарлиз не знала, что его привезла когда-то дону Джулия из Сицилии. Не по своей воле – коралл купила первая жена, чтобы сделать бывшему мужу хоть какой-нибудь значимый подарок. Несколько кожаных ежедневников лежали стопкой на другом конце стола. Возле них стояла острая золотая игла для чеков, на которых было наколото несколько бумажек – в том числе пара визиток. Шарлиз лишь мельком мазнула по ним взглядом… и похолодела, заметив знакомую визитку под несколькими другими.