Книга Акулий король, страница 62 – Саша Хеллмейстер

Когда десерт был съеден, а вино выпито, Донни просто встал и предложил Шарлиз руку. Счета ему не дали. Шарлиз этому удивилась, но не стала ничего спрашивать, хотя на лице ее промелькнуло недоумение. Донни был доволен. Она шустро соображает и не из любопытных. То, что надо.

Администратор и официант рассыпались в благодарностях, что он почтил их ресторан своим присутствием. С собой ему завернули из исключительно дружеских пожеланий свежайший хлеб и сицилийские трубочки канноло с медом и сахаром – елейно сказав, что его спутницу грешно было бы отпустить без подарка. Донни сухо улыбнулся, но был доволен – это видно было по его сытому, добродушному, загорелому лицу. Он накрыл мясистой большой лапищей плечо администратора, и у того от страха едва не подкосились колени, а потом придержал для Шарлиз пальто и, набросив свое на плечи, вышел на свежий воздух.

— Поедем домой? – тихо спросил он у Шарлиз и предложил ей локоть.

Она кивнула, обхватив его предплечье своей рукой, и вздрогнула, оказавшись к нему слишком близко. От его тела веяло не просто теплом – жаром, и он был рядом, тяжелый, статный, матерый, большой. Шарлиз впервые ощущала нечто такое же впечатляющее, подумав, что быть возле него – все равно что идти рядом с тигром или львом: страшно, но притягательно.

И все же он больше влек ее, чем пугал. Шарлиз знала – он недоговаривал, чем занимался, и не был во всем с ней честен, но была слишком разумна, чтобы надеяться на обратное. Он был птица другого полета и не раскрывал всех карт: кто она такая, чтоб он вывернул себя наизнанку перед ней? Тем не менее никто и никогда так не очаровывал ее. Он слишком отличался от всех, кого она знала, этот Донни Мальяно, и был личностью явно незаурядной, хотя другие в нем видели грубоватой внешности мужчину, похожего на бывшего телохранителя, с его-то короткой стрижкой и длинной мощной челюстью – только повзрослевшего и холеного, человека уже совсем другого статуса, страшного и опасного, такого, кому лучше дорогу не переходить.

Машина стояла на другой стороне от ресторана, и Шарлиз на тротуаре оступилась. Она неловко завалилась Донни на плечо, и он успел ее поймать, взяв в руки живое ее, теплое и мягкое тело. В его взгляде что-то зажглось, и он накрыл ее руку своей, сунутой между его грудью и предплечьем. Шарлиз зарумянилась, сузила глаза. Отстраняться ей не хотелось.

Они сели в «Мерседес»: Донни придержал Шарлиз дверь и помог забраться внутрь. Потом устроился рядом и передал водителю бумажный пакет.

— Это тебе гостинцы, Фредо, – весело сказал он.

— Спасибо, босс, – ухмыльнулся тот, неловко повернувшись назад. Между его животом и рулем места осталось совсем мало. – Я гляжу, вы все боитесь, что я похудею.

— Конечно! – хрипло рассмеялся Донни. – Хорошего человека должно быть много, слышал такое?

— Что-то вроде этого. – И он искоса, хитро взглянул на Донни в зеркало заднего вида, заметив, что тот так и вьется вокруг девушки.

Ишь ты, как она его зацепила. Давненько босс так себя не вел. Он, конечно, лицо держит и со всеми галантен – все же воспитан сицилийцем, но всегда заметно, если мужчина женщине пожмет невзначай руку или легко, вскользь разгладит складку пальто на колене, поправит ей волосы. Да и она к нему льнет; похоже, у них все на мази. Впрочем, Фредо с любовной риторикой кончил и занялся своим делом, больше на заднее сиденье не поглядывая: он знал привычки своего босса слишком хорошо.