Книга Уснуть, страница 53 – Келли Тейлор

Избавиться от Малкольма было куда сложнее. Он настоял на том, чтобы «пропустить стаканчик перед сном», и только-только скрылся в гостевом коридоре. Под шум его шагов наверху я проверяю комнаты на первом этаже, лениво составляю в голове список дел на завтра. Если бы Дэвид увидел, в каком состоянии сейчас его кухня – на полу грязные следы, на столе объедки и крошки, – он бы с ума сошел, но сил на уборку у меня уже не осталось. Я захожу в подсобку и тяжело вздыхаю при виде загруженных стиральных машин. Если не положить постельное белье в сушилку, оно завоняет, и мне придется все перестирывать. Открыв одну из машин, я начинаю доставать влажные пододеяльники и простыни. По дороге к сушилке я краем глаза замечаю какое-то движение и резко оборачиваюсь.

— Эй? – Я иду в кухню. – Здесь кто-нибудь есть?

Тишина.

— Эй? – Поставив корзину с бельем на пол, я прохожу в столовую. Наверное, кому-то из гостей что-то понадобилось внизу. – Может, вам чем-нибудь помочь?

Заглядываю в гостиную.

Никого.

Я потираю рукой затылок. Вот оно, чувство, впервые нахлынувшее на меня там, на кладбище: по спине бегут мурашки, и кажется, что кто-то следит за мной. Замерев у подножия лестницы, я прислушиваюсь, не скрипят ли половицы, но вокруг тихо.

Мне очень страшно возвращаться одной на кухню, поэтому я решаю уйти к себе, но останавливаюсь на втором этаже. В коридоре было бы совсем темно, если бы не жутковатый оранжевый свет аварийного освещения. Из чьего-то номера доносятся сдавленные рыдания. Я подхожу к двери Кэти, но в ее комнате царит тишина. Фиона? По мере приближения к ее номеру звук становится громче. Да, точно Фиона. Я уже поднимаю руку, чтобы постучать, но все же не делаю этого. Не стоит вмешиваться.

Через несколько секунд после того, как плач постепенно стихает, я успокаиваюсь, выхожу обратно к лестнице и поднимаюсь к себе. Прошмыгнув в комнату, я запираю за собой дверь и, поскольку у меня уже нет сил, залезаю в постель, даже не переодевшись.

В комнате кто-то есть. Мои глаза закрыты, но я чувствую, что не одна. Я ощущаю на себе пристальный взгляд, от которого по коже бегут мурашки. Чего ждет этот человек? Что я открою глаза? Хочется забыть о нем, уснуть, но мои нервы раскалены до предела, внутри все сжалось. Он собирается навредить мне. Исходящая от него злоба парализует до кончиков пальцев. Мне нужно проснуться. Вскочить и убежать прочь.

Но я не могу двинуться с места. Меня пригвоздило к кровати, в груди тяжесть.

— Здравствуй, Анна.

Слова проникают в мой разум, затем стихают.

— Помогите! – кричу я, но мой вопль звучит лишь у меня в голове.

Я не могу открыть рот. Не могу облечь мысль в звук. Только вожу глазами.

Человек подходит ближе, холодные голубые глаза впиваются в меня.

— Не бойся.

Человек приближается – резкими отрывистыми движениями, как на стоп-кадрах – шаг, пауза, шаг, пауза. Все ближе и ближе. Я зажмуриваюсь. Это не наяву. Это сон. Я должна проснуться.

— Да, Анна, вот так. Закрой глаза и попробуй уснуть. Не сопротивляйся. Пусть боль, вина и горе уйдут навсегда.

Нет! Не надо! Хватит!

Я кричу, но крик раздается лишь у меня в голове. Я не могу пошевелиться. Только отчаянно моргаю – как бы подаю безмолвный сигнал бедствия, – когда человек хватает меня за руку. Человек хочет причинить мне боль, и его не остановить.