Книга Последнее убежище, страница 51 – Клеменс Мишальон

— Хорошо, – пожимает плечами Харрис.

Я слышу, как открывается дверь. Помощник шерифа прощается, и теперь я слышу его голос не сквозь стекло, а с обратной стороны бунгало.

— Значит, у вас двадцать девятый…

Я мысленно вижу, как он указывает пальцем на номер домика.

— Двадцать девятый, – подтверждает Габриэль.

— Вот и отлично, – бодро говорит Харрис. – Вы меня еще не раз увидите в отеле. Если потребуется – я знаю, где вас искать.

Восемнадцать лет назад

Постепенно мы отрегулировали систему вылазок. Как только мир Эмиля оставался позади, переходили на бег. Я научила Габриэля находить касательную, проходящую через изгибы дороги, и таким образом выбирать наиболее быстрый маршрут.

Перед каждым выходом я доставала из тайника в матрасе деньги Эмиля, а по возвращении укладывала их обратно. Не брала только купюру с отпечатком губ – та всегда оставалась на месте.

Наши двадцать минут вскоре превратились в полчаса. В первый же день, когда вылазка продлилась дольше обычного, мы нашли аптеку в паре переулков от главной улицы. Она ошеломила нас взрывом ярких цветов и россыпью названий на коробочках – настоящая сокровищница, хранящая доселе незнакомые нам товары. Мы впервые поняли, что такое кондиционер, когда искусственный холодок пробрался под наши воротники.

Я присмотрелась к полке с табличкой «Болеутоляющие». Минут десять мы с Габриэлем провели, пытаясь расшифровать назначение лекарств и их дозировки.

— Чем могу вам помочь?

Рядом с нами возник фармацевт – Макс, как следовало из надписи на его бейджике. Много позже я поняла: он недоумевал, с чего это двое ребят решили украсть упаковку ибупрофена и почему до сих пор не выскочили с ней из аптеки.

— Да нет, мы… – начал Габриэль, однако я его перебила.

— Он страдает от головных болей.

— Понятно, – медленно проговорил Макс. – Какого рода боли?

Габриэль пожал плечами, и я ответила за него:

— Очень сильные.

Рассказала, как он едва не потерял сознание, как его вырвало. Добавила, вспомнив слова Габриэля:

— Как будто бьют по макушке раскаленным молотком.

— Лекарства от мигрени – только по рецепту, – покачал головой Макс.

Я понятия не имела, о чем он говорит.

— Если нет рецепта, можно попробовать вот это. Принимайте, как только почувствуете первые симптомы.

Макс протянул нам флакон с ярко-красными пилюлями, но тут же отдернул руку.

— Вы… вы ведь не из секты?

Эмиль предупреждал нас, что у людей может быть отрицательная реакция. Таких людей следует избегать. Но, заверил он, мы никогда не столкнемся ни с чем подобным, пока находимся в его мире.

Похоже, Макс был как раз из тех, кто смотрел на коммуну косо. Зато он предлагал нам лекарство.

— Нет-нет, – покраснев, бойко ответила я.

Макс некоторое время нас изучал, затем пожал плечами.

— Ну и отлично. Я слышал, парень, который руководит сектой, – настоящий придурок.

Габриэль приготовился возразить.

— Полный придурок, – опередила его я и постаралась навсегда выбросить из головы оскорбительное словечко.

Макс вручил мне флакон, и я двинулась к кассе, стараясь не перейти на бег. Сидящая там женщина назвала цену – двенадцать долларов девяносто шесть центов, и я вытащила из кармана десятку, а за ней – три банкноты по одному доллару.