Книга Возмездие по плану совпадений, страница 43 – Галина Владимировна Романова

Валя не дослушала. Достала из шкафа непромокаемую ветровку, резиновые сапоги — она в них сегодня приехала на работу. Запасные кроссовки у нее на работе имелись. Стояли на самом дне шкафа на пакете из супермаркета. Она в них частенько переобувалась, если приезжала с вызова в грязи.

— Как знаешь, капитан, — обронила она уже от двери, поигрывая ключами от своей старенькой малолитражки. — Иногда иголку все же отыскать можно. Если постараться…

Она старалась, очень старалась. Но все было напрасно. Первый адрес она отработала вообще вхолостую. Приехав на второй адрес через рекордные сорок минут, минуя все образовавшиеся к тому времени пробки по дворам и сквозным проездам, Валя припарковала машину на свободном месте и отправилась в первый подъезд того дома, возле которого останавливалась Ева Иванова три года назад. Поднялась на лифте сразу на последний этаж, спускалась затем по лестнице все ниже и ниже.

Никто не помнил девушку в свадебном платье, разгуливавшую ночью по их подъезду три года назад.

— Ни год назад не помню, ни два, ни три, — охотно делились с ней пустыми воспоминаниями жильцы.

— Я только год (полгода, месяц) как въехала (въехал), — разводили руками некоторые.

— Я вчерашний день не помню, девушка. А тут три года назад! — были и такие ответы.

Валя добросовестно отработала три стоящих по соседству дома на втором адресе. Вымокла, пока ходила от подъезда к подъезду. И разозлилась на себя и попутно на Илюхина. Сидит себе в кабинете, отчеты строчит. А она таскается из дома в дом, повторяет заученную фразу, от которой у нее уже оскомина случилась.

А он еще звонит и издевается! Не устала ли, не голодна? И имеет наглость называть это заботой.

Устав от бесполезной ходьбы и разговоров, Валя села в машину, сняла ветровку и зашвырнула ее на заднее сиденье. Куртка все же промокла, хотя производители обещали стопроцентную защиту от дождя. Она завела машину, включила печку на полную мощность. Открыла бардачок, достала коробку с бутербродами.

Пока ходила от подъезда к подъезду, с этажа на этаж, не замечала, что голодна. Но стоило Илюхину напомнить, что ей пора бы сделать перерыв и пообедать, поняла, что хочет есть.

Бутерброд со сливочным маслом и вареной курицей был ее самым любимым. Его Валя оставила на потом. Достала хлеб с листом салата и печеночным паштетом. Потихоньку откусывала, смотрела сквозь мокрое стекло машины на дом и размышляла.

К кому могла ездить ночью Ольга первого июня три года назад? Кого она искала?

Насколько им известно, у Ольги не было постоянных подруг. Даже на девичнике присутствовали лица ей посторонние. Ева рассказывала, что девушки были Оле малознакомы. И кто-то из них работал на ее жениха. То есть они были сотрудницами его фирмы.

— А что, если она после вечеринки ездила по их адресам, капитан? — позвонила Валя Илюхину, чтобы поделиться внезапно возникшей идеей.

— Зачем?

— Не знаю. Может, кто-то из них увез какую-то ее вещь? Может, она что-то потеряла и пыталась найти через них?

— А позвонить не судьба? Надо было по Москве колесить?

— А что, если… — она откусила хлеба с салатным листом и паштетом, принялась жевать и бубнить с набитым ртом: — А что, если кто-то из них на вечеринке что-то брякнул про ее жениха? Они же были у него в штате. Работали, в смысле, на него. Кому-то из этих девушек он мог нравиться. Сильно нравиться.