Книга Остров звезд, страница 36 – Анджей Ласки

И если бы тобой был я,

Ты услышал бы мой пронзительный крик.

Я начал с нашего главного хита. Его и так миллион раз крутили по радио, а просмотры на Ютубе перевалили за сотню миллионов. В черном мареве зала тысячами зажглись мобильники, словно свечи, покачиваясь в такт. Как же было красиво! Словно черноту ночи озарили все ярчайшие звезды. Это ли не момент славы?

Зал качался, кричал, махал телефонами, рвал глотки, исполняя вместе с нами популярный хит. Какое неистовство, божья благодать, спустившаяся с небес прямо в концертный зал. Я собирал его энергетику по крупицам, вдыхая в себя, наполняясь ею. Лучше, чем кокаиновая дорожка, поверьте мне. Есть с чем сравнивать… Еще чуть-чуть и меня разорвет, надо бы остановиться, дать паузу.

Я дошел до середины, обернулся на парней и приложил палец к губам. В полной тишине, без каких-либо звуков со сцены, зрители стали петь. Их голоса хором звучали в тишине, опрокидывая ее.

И если бы вдруг не успел -

Я знаю, не каждый бы смог превозмочь,

Но за поворотом скрылась она,

И тебе ничем не сможет уже помочь.

А я и не сомневался. Не слишком ли я самоуверен стал? А могло ли случиться такое, что они забыли слова и мы бы провели пару минут в молчании?

Нет, невозможно. Это вообще не про нас. Выбравшись из гаража, мы только и делали, что сражались за себя, за «Блудного сына» в первую очередь. И в этой войне каждый преуспел по-своему, но за каждым была своя победа. Я никогда не умалял, не преуменьшал значения любого из нас, потому что был уверен на сто в каждом из своих парней. Даже мистеру Шорту поверил в какой-то момент. И всегда надеялся, что это взаимно.

Если вы думаете, что стоять на сцене и просто произносить слова легко, то нет, попробуйте сами. А для порядка, напишите свой собственный текст. Ну так, просто, чтобы попробовать силы. Поверьте мне – нелегко, от слова «совсем». НЕ-ЛЕГ-КО! – именно так.

Последний аккорд, соло Эрла с его завершающим бум-бац, и мы погружены в яркий свет горячих прожекторов, несмолкаемый рев аплодисментов и шум голосов. Было круто!

— Алабама, вам понравилось? – в ухе пискнул наушник. Первые ряды взорвались ором, пуская волну назад. А там творилось вообще что-то сумасшедшее. Галерка размахивала флагами, – наивные, тут мы не видим никого – даже первый ряд с большим трудом. – Ну, что же, тогда мы продолжим.

Хем задал басовый риф, Хай заложил аккорды на Энджи, заведя зал по полной. Эрл подхватил ритм, раскачивая толпу еще больше. Я заметил, как охранники перед VIP-зоной скучковались, оглядываясь по сторонам. Неровен час и металлические ограждения перед сценой не выдержат, приняв на себя удар разгоряченной толпы. Я даже боялся представить, что тогда произойдет.

А в зале начался слэм^[64]! Что ж, не первый раз, и, уж надеюсь, не последний. Рок-н-ролл не стареет, и даже дядьки с повязками на лбу отплясывали как могли. А было то еще зрелище! Гвалт и суета, наша банда, разгоряченная музыкой, уже не останавливались ни на мгновение, переходя от одной песни к другой. Да они и так были известны – все наши хиты – и тут уж представления не требуется. Кому бы не хотелось побывать теперь в моей шкуре? В моей, всем известного Кейси-аккорда. Я упивался наслаждением нашего величия над очередной толпой. Вы – там, а я – здесь, перед вами, на сцене! Еще вчера неровня вам всем, а сейчас я – Бог! «Блудный сын» – ваш Бог!