Книга Матриархия, страница 115 – Павел Давыденко

— Кто там шелестит в кустах? - спросил я. - Ты не один? Пусть выходит.

— А то я тебе башку прострелю! - гаркнул Рифат. - Эй! Вылазь тебе говорят! - он пальнул в воздух.

Позже нам не хватит одного патрона. Нам не хватит всего одного патрона.

— Выходи, Риточка. Не бойся. Дяди тебе ничего плохого не сделают, - проговорил незнакомец бархатистым голосом. Говорил так, будто для него это совершенно обычное дело - стоять под дулом автомата в лесу, перед двумя криминальными мордами (а мы так и выглядели).

Из кустов на дорожку выбралась девчушка. Она кинула на нас быстрый взгляд, побежала к мужчине и уткнулась ему личиком в коленки.

— Господа, мы вам зла не причиним.

— Вы кто такие? - спросил Рифат. - Куда следуете?

— Судя по всему, мы, как и вы - простые люди, потерпевшие беду и вынужденные сняться с места постоянного проживания, - он улыбнулся мне: - Можно, я опущу руки? Плечо болит, знаете ли.

— Сышь! Ты нас на себя не равняй! - Рифат и не думал опускать автомат. - Небось из этих, из мародеров? Комедию корчишь? Или шизик какой?

Девочка вздрагивала от каждого слова и еще сильнее вжималась в отцовские брюки. Сама в платьишке и рейтузах, на голове шапочка с двумя косицами. Все в корчинево-черных тонах.

— Опусти, - кивнул я. - И ты тоже.

— Ты спятил?! - Рифат снова попал в меня слюной. - Да почему ты такой доверчивый?!

— Мы и впрямь не причиним вам зла, - незнакомец опустил руки с явным облегчением, и с гримасой потер левое плечо. - А сами вы, наверное, какое-то время провели в лесу? А теперь хотите выйти к трассе? - теперь он улыбался, едва-едва раздвинув уголки рта.

— Какое тебе дело?!

— Да опусти ты пушку! - рявкнул я. - Он с ребенком!

— И что дальше?!

— Ребята, не стоит так громко кричать. ОНИ близко. И неважно, доверяете вы мне или нет, но сейчас лучше углубиться в чащу, о трассе даже не думайте.

— Там... В противогазах, эти? - вырвалось у меня.

— Точно так, - кивнул незнакомец. - Риточка, не бойся. Да ты с меня штаны стянешь, Ритусь!

— Ой, папочка, - прошептала девчушка. - У меня животик болит!

— Ничего милая. Мы найдем покушать что-нибудь, дадим животику. Он и перестанет болеть. А ты не бойся, главное, дяди хорошие, - он поглядел на меня исподлобья и подмигнул.

От этого я почувствовал, что мы с ним в неком сговоре, что ли. И что я ему чем-то обязан. На меня легко влиять, да...

После небольшой заминки, мы услышали отдаленный лай собак. Крики.

Рифат, наконец, сдался.

— Черт с тобой. Если он нас приведет в засаду или еще куда - мне плевать. Надоело уже.

Он пошел первым. Следом мы, втроем. Быстрым шагом сошли с тропы, и снова марш-бросок, по бездорожью. Мужчина говорил на ходу.

— Меня зовут Вениамин. Веня, стало быть. Вы не бойтесь, какие уж тут засады. Я вам расскажу сейчас, что к чему... - он тут же стал дышать с хриплой натугой, закашлялся. А я подумал, что вот, вроде бы болел тоже, а полдня уже бегаю по лесу - и хоть бы чихнул.

Вениамин же задыхался. Кашлял и кашлял, а его маленькая дочка подпрыгивала, цеплялась за его штанину.

— Надо бежать! - я схватил его за руку. Ладонь оказалась неожиданно теплой и сухой, даже уютной. Лицо у него побагровело, и Вениамин никак не мог справиться с приступом.

Собачий лай слышался уже ближе.

— Ходу! - оскалился Рифат. - Гоните, что ли?!