Книга Развод в 45. Полная инструкция, страница 28 – Ася Исай

Победа. Странное слово. Разве можно победить в войне, где все проигравшие?

Выхожу из зала суда на ватных ногах. Москва встречает холодным дождём. Капли бьют по лицу, смешиваются с чем-то солёным. Слёзы? Я разучилась их различать.

— Ирина Сергеевна, вы молодец. Мы отстояли компанию, это главное.

Главное? Я смотрю на него и не могу объяснить, что чувствую.

— Спасибо, — выдавливаю из себя и сажусь в машину.

— Домой? — спрашивает водитель.

— Домой…

Новая квартира встречает запахом свежего ремонта и головокружительной пустотой. Панорамные окна во всю стену открывают вид на изгиб Москвы-реки. Вечернее солнце окрашивает воду в цвет расплавленной меди.

Стою посреди гостиной и не знаю, что делать дальше. Двадцать пять лет каждое решение принималось с оглядкой на Андрея. Какие шторы? Те, что понравятся мужу. Какой диван? Тот, что впишется в его концепцию интерьера. Какой ужин? Его любимый.

А что люблю я?

Паника накатывает внезапно. Я не знаю. Не знаю, какой цвет мне нравится. Не помню, какая музыка заставляет сердце биться чаще. Забыла вкус любимого блюда.

Я генеральный директор крупной компании, женщина, которая только что выиграла судебную битву. И я понятия не имею, кто я на самом деле.

Первые попытки найти себя смешны и нелепы. Записываюсь на курсы живописи — всегда мечтала, но Андрей считал это блажью. Стою перед мольбертом с кистью в руке и не знаю, что делать.

— Не думайте, — говорит преподаватель. — Просто делайте.

Мажу краской по холсту. Получается ерунда, но почему-то этот процесс затягивает. Не думать. Просто делать. Когда я последний раз позволяла себе такую роскошь?

Начинаю бегать по утрам. Первые пробежки — пытка. Сердце выпрыгивает из груди, ноги ватные. Но продолжаю. Не для фигуры, не для здоровья. Для ощущения ветра в волосах. Для рассвета. Такого красивого, что эндорфины накрывают волной. Для права сказать я смогла.

Готовлю новые блюда. Оказывается, я люблю острое — то, чего Андрей не переносил. Покупаю вино, которое выбираю сама, читая этикетки и смеясь над претенциозными описаниями.

Медленно по крупицам собираю себя новую. Или старую? Ту девчонку, которая в двадцать лет мечтала изменить мир, но потом встретила Андрея и решила, что любить мужа важнее.

Катя иногда приходит в гости.

Мы сидим на моём синем, вырвиглаз, диване. Крайне непрактичном и прекрасном. Катя прижимается ко мне, как в детстве, и я чувствую, как что-то внутри начинает срастаться. Медленно, болезненно, но верно.

— Мам, а почему у тебя на стене синие яблоки? — спрашивает, разглядывая мои художества.

— Потому что мне так захотелось, — отвечаю просто.

— Круто, — кивает она. — Пофигизм в искусстве. Мне нравится.

И мы смеёмся. Тихо, чтобы не спугнуть счастье. Искренне. Впервые за долгие месяцы.

За окном засыпает город. Москва-река несёт свои воды мимо, равнодушная к человеческим драмам. Где-то там, в доме, который больше не мой, Андрей, возможно, завтракает с очередной любовницей. Играет в счастливую семью, которую всегда хотел.

А я? Я стою в своей квартире, где на стенах висят мои нелепые картины. Где в шкафу платья, которые выбрала сама.

Я больше не жена Андрея Демченко. Не приложение к кому-то. Неидеальная бизнес-леди. Необразцовая мать. Не плохая дочь. Просто Ирина, которая учится жить заново в сорок пять лет.