Книга Эспрессо для миллиардера, страница 18 – Виктория Радецкая

От того, что Алекс ее совсем не любит, мне не легче. Он и меня больше не любит. Хотя, сейчас я начинаю задаваться вопросом: а любил ли когда-нибудь?

Глядя утром на Соню, понимаю, как меня бесит, что Алекс в ней не видит себя. Не узнает родную кровь. А как же вот это вот всё: зов крови, семейный узы, родственные чувства? Пустой звук? Так это явно не работает… С другой стороны, а что я сделаю, если он подойдет и в лоб спросит: «Это мой ребенок? Что-то эта девочка подозрительно на меня похожа». И? Мне придется признать правду. Начнется выяснение, почему я не сказала тогда, почему скрывала. В общем, оно мне надо? С этой мыслью мы выходим на улицу. Март пока серый — сплошные темные облака. Довожу Соню до школы и еду в кофейню. С утра должны прийти несколько человек на собеседование. В баристы идут одни студенты. Далеко не все, с кем я разговариваю, милы и нравятся. В итоге остаются двое. Понятное дело, молодые ребята, жаждущие подработки. Я решаю брать обоих, чтобы было проще с подменой. На праздники и на выходные вообще может понадобиться двоих ставить. Если понадобится, конечно, — я жду и боюсь дня открытия. После всех событий, как бы еще чего не случилось. К обеду приходит Инга. — Как ты с ним встречалась? — надув губы спрашивает она без всякого приветствия. — В каком смысле? — я реально не понимаю. — Он вежлив, но равнодушен. Много говорит о делах, в которых я ничего не понимаю. Возникает ощущение, что ему вообще все равно, кто перед ним сидит. Меня о моих делах не спрашивает. Только кидает вначале: «Как дела» и потом уже к этой теме не возвращается. Я пожимаю плечами. — Вроде он интересовался моими. Насколько я помню. Спрашивал про учебу, про родителей… Как-то так. Но о себе говорил больше — это факт. Он всегда был погружен в свои собственные дела. Причем, сердился, если я не помнила какие-то детали. Например, когда поступал на МВА, я должна была помнить, все нюансы его вступительных экзаменов, — смеюсь. — Даже просил гонять по тестам. И вообще, Алекс — вещь в себе. Сейчас тем более. Опять вспоминаю Сонину фразу про то, что миллионы так просто не зарабатываются. — В постель не знаю, как его затащить, — Инга недовольно качает головой. — После ресторана вчера тоже просто разошлись. Он не спросил, что я потом буду делать, куда пойду. Попрощался и ушел. Про себя я думаю: а какие дела есть у Инги, чтобы их обсуждать. Вот даже интересно, что бы она ответила, если эту тему развивать дальше. Нет, мы с ней находим, о чем поговорить: ее мужики, косметолог, маникюр, шоппинг. Причем, меня-то она тоже не сильно спрашивает о делах. Кофейня — наш общий бизнес, но Инга интересуется ею постольку-поскольку. Пока, кстати, не появился Алекс, особо сюда и не заглядывала. — Вот о чем спрашивал, так это о тебе, — продолжает Инга. — Обо мне? Опять про кофейню? — Нет. Я тоже удивилась. Вроде ж, ты ему теперь по барабану… Последняя фраза коробит. Но, наверное, так и есть. — Короче, интересовался, от кого у тебя ребенок. Уже спрашивал и тут опять. Может, думал, я расколюсь. Но я ж реально не в курсе. И зачем ему эта информация? — Не знаю, — в голове всплывают утренние мысли. Неужели, он что-то чувствует? — Но ты бы мне сказала. Мне жутко интересно. Вот почему Алекс спрашивает? Думает, что Соня от него могла родиться? А? — она прищуривает глаза и сверлит меня взглядом.