Книга Пончик из прошлого, страница 31 – Анфиса Рэйса

— Я всё знаю, Алина!

— Спокойно, Андрюша. Сейчас ты всё это расскажешь доброму доктору в белом халате из отделения психиатрии…

Говоря это, я пыталась успокаивающе жестикулировать руками, из-за чего листочек с направлением выпал у меня из кармана.

Андрей тотчас схватил его так, будто это его добыча. Развернул его и принялся им трясти.

— Как ты могла? Хорошо, хорошо, я всё понимаю. Правда, понимаю. Это из-за того, что отец я. Но…. но… Так же нельзя! Я не дам тебе совершить эту ошибку.

— Да что ты вообще несёшь?

— Тут написано «аборт», – развернул листочек он.

Я выхватила его из его пальцев. Может, я чего-то не знаю?

— Тут написано Игнатова Татьяна, – прочитала я. Администратор явно принял меня за другого пациента. Конечно же, в кабинете врача мы разобрались бы. – Псих ненормальный.

Да с чего он вообще решил, что я беременна?!

Когда мы столкнулись с Алиной, у неё выпал тест на беременность. Я сделал вид, что не заметил. Ну, я не был уверен в том, что видел, так что уточнил у аптекарши.

Она купила самый дорогой и точный тест.

Потом её тошнота. Я же не идиот, знаю, какие у беременности «симптомы». Но просто взять и заявить ей, что я всё знаю, я так и не решился.

Потому что она меня ненавидит. И если честно, есть за что.

В школе мне никогда не нравилось. Мои родители – весьма обеспеченные люди, но меня отдали в обычную школу, чтобы я социализировался. Социализация прошла так себе.

С детства у меня были частные преподаватели и особая система воспитания. И тут меня выбрасывают в обычный класс, где сообщество больше напоминает звериное.

В какой-то момент мне показалось отличной идеей – самоутверждаться за чужой счёт. И в первую очередь, под раздачу попала Алина.

Пончик. Кличка, которую придумал я. До самого выпускного я и понятия не имел о том, насколько это её задевает. Мне просто нравилось её дразнить.

Нравилось, когда она нападала в ответ.

Нравилось, когда она носилась за мной по школе.

Нравилось её фырканье. Она и сейчас так делает, просто не замечает.

Не настолько понравилось, когда она распылила на меня огнетушитель.

И уж точно поначалу не нравилось, когда она начала мне сниться. Когда я начал думать о ней, когда засыпал и когда просыпался.

Я люблю пончики. Для меня это – вкус детства. Мне начало нравиться так называть Алину. Не для того, чтобы дразнить её, а чтобы… Чтобы она посмотрела на меня, заговорила со мной.

Но я долго, очень долго не понимал, в чём дело. Почему пацаны из моей компании меняют девчонок, строят с ними отношения, а мне никто не мог понравиться. Почему я встречаюсь то с одной, то с другой, а внутри – пустота по отношению к ним.

И почему моими избранницами становятся Алинины подруги.

В какой-то момент я, конечно, всё осознал. Вот просто в один момент – щелкнуло что-то в голове, и я понял, что по уши влюблён в эту девушку. Что хочу прикоснуться к её мягкому телу, хочу, чтобы она улыбалась рядом со мной.

На мнение других мне было плевать. Кто-то, конечно, считал, что позорно встречаться с «толстухой». Был у нас один такой одноклассник, ему тоже нравилась Алина, но он отлично это скрывал. Да она много кому нравилась, если быть честным. Но встречаться с ней, видите ли, было стыдно.

Как меня бесило такое отношение к ней!