Книга Рецепт по ГОСТу. Полярная звезда Мишлен, страница 44 – Вадим Фарг, Ольга Риви

Я затаила дыхание. Он пришёл проверить, не мог ли кто-то записать его ночную беседу с Гавриловым! Тонкий ход. Аккуратно, без прямых намёков на события прошлой ночи.

Миша захлопал глазами с видом абсолютного кретина.

— Камеры? На кухне? — он заливисто и глупо заржал. — Окститесь, Пал Палыч! Какие камеры? Тут других проблем хватает. И у меня всё руки не доходят их туда повесить. Вон, коробка с проводами в каптёрке валяется. Как только повешу, так сразу вам доложу! Первым делом!

Я внимательно следила за лицом директора. На одно короткое мгновение маска трусливого дурачка слетела. На лице Пал Палыча промелькнула тень холодной злости. Губы превратились в тонкую линию, а в глазах сверкнула жестокость. Он был похож на хищника, который понял, что его территория не защищена.

Но это длилось лишь долю секунды. Директор мгновенно подавил эмоцию. Он снова нацепил свою суетливую улыбку. Миша, конечно же, заметил эту перемену, но виду не подал.

— Слава богу! — выдохнул Пал Палыч, картинно вытирая лоб платком. — То есть, я хотел сказать, это очень плохо, Миша! Безопасность превыше всего! Но пока не вешай. Комиссия уедет, тогда и займёмся. Не будем раздражать московских гостей лишней суетой.

— Как скажете, барин! То есть, начальник! — Миша радостно кивнул. — А я пока пойду котельную проверю. А то капает там чего-то. Ржавчина одна кругом!

— Иди, иди, Мишенька. Трудяга ты наш, — елейным голосом пропел Пал Палыч.

Директор развернулся и быстро засеменил к лестнице. Его мелкие шаги стихли за тяжёлой железной дверью.

Я подождала ещё минуту, убеждаясь, что он точно ушёл, и вышла из-за стеллажа. Мои колени слегка дрожали от напряжения.

Миша сидел на стуле абсолютно неподвижно. Он смотрел в ту сторону, куда ушёл директор. Глупая улыбка исчезла без следа. Его лицо снова стало жёстким и сосредоточенным.

— Ты видела его глаза? — тихо спросил Миша.

— Видела, — я подошла к столу и нервно поправила волосы. — Это был взгляд убийцы. Если бы у нас там стояли камеры, он бы лично нас задушил этими самыми проводами.

Миша усмехнулся и достал из-под накладных исторический документ. Аккуратно сложил его вчетверо и спрятал во внутренний карман куртки, которая висела на спинке стула.

— Пусть думает, что всё под контролем, — произнёс Миша, поднимаясь на ноги. — Палыч успокоился. Он уверен, что вчера ночью на кухне никого не было. Мы дали ему ложное чувство безопасности.

— И что теперь? У нас на руках доказательство того, что директор ведёт двойную игру. Документ о его дворянских корнях.

— Одного документа мало, Марин. Нам нужны его финансовые связи с Гавриловым. И теперь мы знаем, где искать, — Миша подошёл ко мне и бережно взял за плечи. — Мы заставим этого барона совершить ошибку.

Я посмотрела в его уверенные глаза. Мы ввязались в невероятно опасную игру. Московская высокая кухня с её интригами казалась теперь детской песочницей по сравнению с карельскими тайнами.

— Знаешь, Лебедев, — я слегка улыбнулась. — Мне срочно нужно подняться на кухню.

— Зачем? Хочешь приготовить Гаврилову цианид под соусом бешамель?

— Нет. Я просто хочу добавить в суп Пал Палыча побольше горького перца. Пусть привыкает к острым ощущениям.

Миша громко рассмеялся. Звук его смеха заполнил мрачный подвал, разгоняя тени по углам. Архивы, может, и не горят, но мы определённо собирались устроить этим заговорщикам настоящий пожар.