Книга Семь ошибок в слове «счастье», страница 35 – Полина Рей

Сейчас же, даже просто при взгляде на светло-жёлтый кирпич дома, у меня возникало чувство холода и отторжения.

— Я могу сходить одна, — предложила Ваське ещё раз, на что она тут же замотала головой.

— Ещё чего! Этому идиоту всякое в голову может взбрести.

Мы всё же поднялись в квартиру вдвоём. Я решила, что о своём визите предупрежу двумя способами — сначала перед выездом отправила мужу сообщение, что мы скоро будем. И вот теперь не стала открывать своими ключами, а позвонила в дверь.

Клим открыл почти сразу, заставив нас с Василисой переглянуться не без удивления, которое было написано на наших лицах. Банщиков уже порядком протрезвел, и когда мы зашли, расплылся в фальшивой улыбке.

— О, моё семейство! А я вас ждал, — поприветствовал он нас, и теперь мы обе с Васькой как по команде застыли. — Да проходите. Я один и я не кусаюсь, — сказал Клим.

Он отступил в сторону, и я охнула от неожиданности, увидев, что в дальнем углу прихожей сложены не только Сашкины вещи, но ещё и мои. Значит, Банщиков соврал, когда сказал, что выкинул всё на помойку!

Но для чего? И что он задумал?

— Вот, — указал Клим на коробки и пакеты, из которых торчали узнаваемые кофты, фотоальбомы и прочее. — Как и обещал, всё ваше добро в целости и сохранности.

Я сжала челюсти, и мы с Васькой снова обменялись взглядами. Он что, решил выставить меня идиоткой? Хотя, нет. Сестра поверит мне, а вовсе не этому парнокопытному.

— Том, давай потихоньку носить, — сказала Василиса, закатывая рукава. — Ходки за три-четыре справимся.

Я подошла к вещам и пристально их оглядела. Копаться не стану — это займёт очень много времени. Однако, моё замешательство было истолковано Климом верно.

— Ну, если хочешь, включи запись на телефоне… Я поклянусь на пяти томах твоих кулинарных книг, что ничего тебе не подкинул.

Банщиков искривил губы в усмешке, которую тут же захотелось стереть с его лица. Но, конечно, действовать таким образом я не планировала.

— С чего такая «доброта»? — хмыкнула я. — Ты же сам сказал, что выбросил все мои вещи на помойку.

Поставив пару коробок одна на другую, я прикинула, смогу ли их утащить. Они оказались весьма подъёмными, так что Васька была права — за три-четыре раза управимся.

— Я соврал. Милая маленькая ложь, — развёл руками муж.

— Климентий, ты бы поостерёгся такие вещи делать. А то принудительное лечение бригадой санитаров ещё никто не отменял, — мрачно откликнулась Василиса, забрав сразу пять объёмных пакетов.

Когда же я последовала за ней, Банщиков возник у меня на пути и попросил:

— Пока систер несёт первую порцию, останься и кое-что обговорим. А потом, когда обсудим важное, я помогу вам всё унести. Если, конечно, ты не решишь после этого продолжать тут жить.

Я не удержалась и громко рассмеялась. Хохотала над тем, насколько уверенно звучал голос Клима. Он всерьёз думал, что после всего сделанного в мою сторону я могу захотеть тут вновь поселиться.

— Тамар… я бы его не слушала, — дала свою оценку происходящему Василиса.

Банщиков взглянул на неё с недовольством, но не сказал ни слова.

— А я думаю, что дам ему десять минут. Наверное, этого хватит, чтобы ты отнесла пакеты и вернулась…

Клим кивнул, сложив руки на груди. Я опустила свою ношу и проговорила, обращаясь к озадаченной Васе: