Книга Брак ради мести. (не) Растоптанная жена, страница 134 – Анна Кривенко

Он так грубо схватил меня за плечо, что я вскрикнула. Точно синяки останутся.

Но в этот момент чья-то крепкая рука ухватила его за запястье и заставила пальцы разжаться.

Я отшатнулась, поглаживая пострадавшее плечо, и с изумлением подняла глаза на… Игоря Степановича, который смотрел на моего жениха с очень опасным блеском в синих глазах.

— Если Виктория не хочет идти с вами, значит, она никуда не пойдёт, — бросил мой бывший муж, яростно глядя Геннадию Ивановичу в лицо.

— Какой демон в вас вселился, отец Варфоломей? — раздражённо бросил жених, вырывая руку из его хватки. — Или мне следует пожаловаться вашему наставнику?

На губах Игоря Степановича заиграла столь знакомая мне насмешливая улыбка, которая совершенно не вязалась с его нынешним видом.

— Можете жаловаться сколько угодно, — произнёс он спокойно. — Но эта девушка не ваша собственность, чтобы ею помыкать! И вообще… будучи свидетелем вашего беззакония, я настоятельно советую ей подумать, стоит ли связывать себя узами брака с таким грубияном, как вы!

У меня отпала челюсть…

— Отец Варфоломей, — голос Геннадия Ивановича прозвучал угрожающе. — С этого дня вы больше не будете трудиться в храме моей деревни. И венчать нас тоже не будете. Забирайте свои вещи и убирайтесь с моей земли!

Я замерла в ужасе. Значит, у моего жениха есть власть изгнать отсюда Игоря Степановича? Ну да, я как-то не подумала об этом. Привыкла, что священники подчиняются каким-то своим верховным. А здесь ведь совсем другая ситуация — храм находится на территории деревни, принадлежащей Геннадию Ивановичу. Он здесь хозяин. И, наверное, сам решает, кто в этом храме будет служить.

Почему-то мысль о том, что Игорь Степанович может потерять свою новую жизнь из-за этой перепалки, оказалась для меня тяжёлой и болезненной.

Я попыталась всё исправить — просто по велению сердца. Схватила Геннадия Ивановича за руку и заставила его на себя посмотреть:

— Гена, пожалуйста, не сердитесь. Я думаю, что мы оба неправы, оба вспылили. Не гневайтесь на отца Варфоломея. — Покосилась на Игоря Степановича, который смотрел на меня с большим неудовольствием. — Он просто неправильно понял нашу размолвку, посчитал, что она слишком грубая… может быть, и неполезная для наших душ!

Геннадий Иванович выпрямился и, мне даже показалось, задрал нос. Он смерил священника высокомерным взглядом и произнёс:

— Если вы, отец Варфоломей, попросите у меня прощения, я так уж и быть позволю вам остаться!

— Не имею ни малейшего желания, — процедил сквозь зубы Игорь Степанович и повернулся ко мне, — вам же, Виктория, настоятельно советую пренебречь… моими прежними советами! А теперь простите меня.

С этими словами он развернулся и поспешно ушёл прочь.

Я же замерла посреди улицы, с трудом осознавая, что сейчас произошло. Нет, эта вспышкой эмоций с его стороны не была спонтанной: Игорь Степанович вступился за меня намеренно. И, кажется, был готов стоять в этом до конца.

Сердце бешено заколотилось в груди.

Почему он так поступил? Мы ведь друг другу никто. Мы расстались, мы — по разные стороны баррикад. Он просто хочет показаться святым и до конца исполняет свой священнический долг?

Хотя сердце подсказывало, что дело не в долге. Дело в том, что Геннадий Иванович обижал меня, а мой бывший не желал на это смотреть.