Книга Брак ради мести. (не) Растоптанная жена, страница 68 – Анна Кривенко

У меня явно было раздвоение. Где-то глубоко в душе я понимала, почему он так ненавидит Викторию. Марианна была нежной и беззащитной, и если бы Виктория действительно была виновна, мне тоже было бы трудно её простить. Но ведь я знаю, что это неправда. Её оболгали. Да и неизвестно, в чём всё-таки её вина. Всё туманно, непонятно.

Но с другой стороны… Игорь Степанович казался слишком жестоким, слишком грубым, бессердечным. Неужели нельзя смягчиться? Неужели нельзя просто откровенно поговорить?

А теперь ещё и эта дуэль.

Боже! Я вспомнила, что его оппонентом мог быть Егор. И меня изнутри будто обожгло.

Я поспешила к выходу. Уже почти открыла дверь, но замерла и снова обернулась. Посмотрела на мужа, и в этот момент что-то внутри меня надломилось. Если он действительно навредил хорошему во всех отношениях человеку по своей глупости, я, наверное, никогда ему не прощу. Никогда.

С этой мыслью я вышла в коридор и заглянула в соседнюю палату. Доктор сказал, что оппонент Игоря Степановича где-то здесь. Раненых было много. Наверное, начали поступать первые раненые в поля боя.

Вдруг я заметила знакомое лицо. Этот точно не был на войне…

* * *

Смазливые черты, упрямый подбородок. Это был тот самый нахал, что пытался мне навредить. Тот, который напал на меня с дружками. Неужели… неужели мой муж стрелялся именно с ним?

Я выскочила из чужой палаты и замерла посреди коридора. Может ли это быть правдой? Оббежала остальные палаты, но Егора нигде не нашла.

В этот момент ко мне подошла одна из медсестёр и укорила, что я оставила своего мужа без присмотра. Пристыженная, я вернулась в палату.

Игорь Степанович стонал. Я бросилась к нему, не зная, за что браться. К счастью, вошла другая медсестра — помоложе и помягче. Она объяснила, что мне нужно делать: следить за тем, чтобы он не вставал, менять полотенце, смоченное прохладной водой, прикладывать его к лбу и губам, давать пить маленькими глотками.

Когда она покинула палату, я сделала всё, что она велела. Игорь Степанович, не приходя в себя, постепенно успокоился. Я устала, опустилась на стул рядом и поняла, что чувства мои словно заледенели. Странное состояние.

Скорее всего, стрелялся он не с Егором, а с моим настоящим обидчиком. Можно сказать, поступил благородно. Но у меня внутри было пусто, будто что-то действительно перегорело. Я просто до предела устала.

Ещё недавно я очень надеялась, что Игорь Степанович изменится по отношению ко мне. Ведь он проявлял нежность, когда забывал свои обиды. Ведь он защищал меня, несмотря ни на что. Казалось, убери преграду, живущую в нём, и всё наладится. Но теперь всё усугубилось. Он снова ненавидит меня, как и прежде.

Мне страшно подумать, как он будет вести себя, когда очнётся. Не станет ли хуже от того, что я рядом?

Словно в ответ на мои панические мысли ресницы мужа неожиданно дрогнули, и он медленно открыл глаза.

— Марианна… — прошептали пересохшие губы. — Марианна…

Да, он вспоминал сестру. Я вся сжалась, боясь, что он меня узнает.

— Виктория, — повторил он моё нынешнее имя и снова затих.

Да, в своём беспамятстве он снова и снова варился в своей ненависти. И этого уже не остановить. Мне кажется, что нужно серьёзно подумать о разводе. Но как, если он на него не соглашается?

Вдруг дверь в палату открылась, и вбежал Егор — запыхавшийся, с растрёпанными волосами. Он смотрел на меня так, будто это я сейчас лежала раненая на кровати.