Книга Последняя из рода Жар-Птиц. На перепутье миров, страница 132 – Алекса Вулф

Я вздрогнула, отвлекаясь от личной драмы на дела мирового масштаба. А ведь ничего не кончилось. Они всё ещё ждали от меня какого-то решения. Но какого?

— И где эти ваши весы? — спросила, чтобы выиграть себе время.

— О, милая, — тепло улыбнулась Леля, но меня пробрал холод от её улыбки. Никому нельзя верить! Никому… — Весы не нужны. Всё решают поступки.

— И что я должна сделать?

— Сущий пустяк, — хмыкнул Волос, наконец успокоившись. Или же притворившись, что успокоился. — Убить Кощея.

Могла ли я в тот вечер, когда роковой костёр перенёс меня в новый мир, где ожили знакомые с детства сказки — но ожили вовсе не так, как мы привыкли считать, — представить, что меня заставят убить не абы кого, а самого Кощея Бессмертного?

Опустим вообще момент того, что меня попросили об убийстве. Это в мою голову ну никак не желало укладываться.

Моя растерянность и шок вынудили богов к продолжению разговора — уговорить возжелали. Или прояснить всё, чтобы я смогла сделать нужный им выбор.

— Ты гадаешь, почему про смерть Бурислава попросил Волос, а не, скажем, я? — впервые обратился напрямую ко мне Ярило. Я лишь мотнула головой. Меня удивило вообще всё! — Ведь казалось бы, Кощей Бессмертный, наитемнейший и наиопаснейший колдун, явно совершил достаточно плохих поступков, за которые заслужил справедливую кару?

— Ты вмешиваешься в божественное провидение, братец, — прошипел Волос. — Пытаешься запутать жар-птицу, чтобы она пошла вопреки здравому смыслу. Есть зло — зло нужно убить. Всё ясно, как светлый день.

— Решай, Алёнушка, — отвлекла моё внимание от братьев Леля. — И не бойся. Помни о том, что я говорила тебе в Межевичах.

— Ты встречалась с ней⁈ — взъярилась Мара и двинулась в сторону Лели с таким угрожающим видом, что я испугалась, как бы эти четверо не устроили очередную битву века у Кощея перед замком. С них станется!

Я не знала, что должна сделать, чтобы прекратить их распри. Убивать Бурислава и мысли не возникло. И даже не потому, что ученику далеко до учителя, — я преступно мало училась у самого «страшного» колдуна и науку магии не постигла и на треть.

Но меня тянуло к злополучному каменному сундуку. Тянуло так, будто кто-то привязал невидимые нити к рукам и ногам и, как куклой управляя, вёл меня к дубу.

— Я с тобой, — прочтя в моих глазах немую мольбу, тут же отозвался Ваня. А у меня от его слов словно лопнула с тихим «бдзыньк» натянутая в груди до предела струна, и даже дышать стало легче. Он не отвернулся от меня, хотя мог… Остался рядом и не бросает, по крайней мере сейчас. А значит, надежда на «долго и счастливо» ещё жива.

— Не позволю! — сбив меня с мысли, рыкнула Марья. Бросившись нам наперерез, колдунья хотела остановить нас, безошибочно угадав, куда мы направлялись. Как я узнала позже, слуга царевны был отправлен за гримуаром матери Кощея — настолько отчаялся колдун, что готов был отдать своё сокровище Марье. Лишь бы богов победить. Уж не знаю, чем руководствовалась колдунья, страхом ли потерять едва не обретённое сокровище или же чувствами более романтичными. — Не позволю убить Буриславушку! Только я могу над ним издеваться и мучить! А другим не позволю!

Я хотела было заверить царевну, что убивать никто никого и не планировал, но взгляд зацепился за безмолвствующих богов. Когда они перестали ругаться и переключились на нас? Я и не заметила, когда они снова превратились в недвижимые статуи, лишь с любопытством следящие за представлением, что отыгрывали перед ними смертные.