Книга Последняя из рода Жар-Птиц. На перепутье миров, страница 82 – Алекса Вулф

— Не забыл, — мотнул головой Иван. — Я и не знал.

— Но… Ты же показал…

— Да ткнул пальцем в небо, — фыркнул Мяун, который, кажется, уже успокоился после происшествия с Белояром. Однако близко подходить к коню богатырскому не спешил, предусмотрительно держась чуть поодаль.

— Не пальцем в небо, а смекалку проявил, — поправил кота Иван. — Сам погляди… а-а-а, ты же мелкий, не видишь. Вон там, в той стороне, верхушки деревьев ровной стеночкой идут, что забор добротный.

Княжич указал сначала в одну сторону, а после в другую, куда улетел ворон.

— А там, если приглядеться, видно неровности, будто кто прорубил себе ход через лес дремучий. Я лишь немного ошибся с тропой. Не искать край поля, а сквозь него идти напрямки, как показал Кощей.

— Дурень ты, Иван, даром что княжич, — фыркнул Мяун. — Это птице крыльями по небу ровно всюду, а как ты ножками да копытцами преграды обходить бушь?

— Какие такие преграды? — нахмурился Иван.

— Да хотя бы вон ту речушку полноводную, — Мяун указал лапой всё в том же направлении, куда мы теперь направили стопы свои.

— Гре река? Не бачу! — подал голос Белояр, активно крутя головой во все стороны.

— А вот был бы маленькой да юркой, как котик, сразу бы приметил блеск водицы меж стеблей!

Я хихикнула. Казалось, будь у Мяуна возможность подбочениться и язык высунуть, непременно подразнил бы Белояра.

— И ведь и впрямь, — заметил Иван, прислушиваясь. — Журчит.

Я не стала напрягать слух, — всё одно среди шума колосьев не смогла бы различить бег водицы. Не приучена к такому. В современных городах слух заточен на иное: шум приближающейся машины, крики хулиганов, угрожающих безопасности, звук запускаемого взрыв-пакета или петарды.

Так и пошли. Я благоразумно решила идти на своих двоих — мало ли конь ногу подвернёт, пересекая речку.

Вскоре и впрямь мы буквально вывалились на крутой берег бурлящей реки. И как она здесь оказалась? Никогда не видела, чтобы реки протекали прямо посреди поля.

— То водица наведённая, — ответила жар-птица в моей голове.

— Рада тебя слышать. Теперь уже можно общаться? — спросила я, чувствуя, что успела соскучиться по огненной птахе.

— Здесь можно. Но колдовать покуда рано. Доберёмся до стен замка Кощеева, там ужо можно будет.

Я кивнула, не стала отвечать. Осталось дело за малым — добраться до замка.

— Вань, — протянула я, когда поняла, что перепрыгнуть речку ну никак не смогу. Слишком широка, слишком быстры потоки её, да дно усеяно скользкими валунами. — А как перебраться-то?

— Я бы сказал, обратись жар-птицею, но покуда не под защитой Кощеевой, не стоит играть с богами. Белояр, сдюжишь?

Конь деловито осмотрел пороги, переступил с ноги на ногу и сделал пробный шаг в бурлящий поток.

Я, кажется, дышать перестала. Вдруг не выдержит силы течения? Переломает ноги свои сильные — и всё, прощай конь богатырский.

Не спешил Белояр, тщательно выбирал, куда ступать. А волны реки будто чуяли, что проигрывают, бились в мощные бока коня с силой всё нарастающей.

— Возвращайся, — окликнул коня на середине реки Иван. — Попробуем с ношей.

Я вздохнула. Нетрудно было догадаться, кого конь повезёт первым.

Так и вышло.

— Ты лёгкая, сперва тебя пущай переправит на тот бережок. А я уж опосля.

Спорить не стала. Время играло против нас. Небо уже начало розоветь приближающимся закатом, а ночевать посреди диких лесов Кощея не хотелось.