Книга Небесный город, страница 237 – Критика Рао

Ираван отшатнулся, его пылинка пронеслась сквозь Момент с силой отдачи. Его линии созвездия обгорели по краям и обуглились. Его пронзила боль, а Резонанс пронзительновзвыл.

Обезумев, Ираван попытался снова. Он вернулся к точке разрыва в Моменте. Усилием воли создал больше линий созвездий, наложил на них пыль слоями, но Резонанс рядом с ним уже сник и больше не мог помогать. Его линии созвездий вибрировали слабее.

Лик ярости земли насмехался над ним.

<ВЫ НЕ СМОЖЕТЕ ОСТАНОВИТЬ НАС>, – сказал он. – <ВЫ СЛОМЛЕНЫ>.

«И вы будете сломлены», – подумал Ираван с болью в сердце. Он собрал линии своих созвездий, пытаясь найти в звездах углубления, чтобы зацепить их.

<МЫ СИЛЬНЕЕ. МЫ БУДЕМ ПОМНИТЬ>.

«Вы самонадеянны, – ответил Ираван. – Мы тоже были самонадеянны».

Он вводил линии созвездий в звезды, даже когда сущность, стоявшая за гневом земли, толкалась. Не успел он по-настоящему приступить к делу, как его линии снова разрушились.

Ираван начал хватать ртом воздух, к горлу подступила тошнота. Резонанс потускнел, взмахи его серебристых крыльев замедлились. Момент не был его истинным местом, вселенная ограничивала Резонанс. Сокол принадлежал Глубине, ибо его естественным состоянием был экстаз. Якша-сокол устал находиться здесь и помогать ему, он слабел, загнанный в клетку, где его силы были ограничены. Они не могли заниматься этим вечно.

«Остановитесь, – в отчаянии подумал Ираван у разлома. – Вы забудете себя. Вы не знаете, как это больно».

<ВЫ НЕ ЗНАЕТЕ>, – сказала сущность, – <ВЫ СТЕРТЫ>.

«Пожалуйста…»

<ВЫ НЕ СМОЖЕТЕ ПОМЕШАТЬ НАМ>.

Больше Иравана не предупреждали.

Сущность бросилась в атаку.

В одно мгновение Эфир показал ему, что он должен сделать, чтобы покончить с гневом и яростью земли, а в следующее – отразил его собственное сознание. Небольшой лабиринт звезд, которые были собственными возможностями Иравана, соединенных линиями созвездий, созданными его выбором.

На мгновение Ираван замер, потрясенный.

В третьем восприятии Эфир замерцал, и он увидел, что сущность была права.

Он был сломлен.

Они были сломлены.

Его собственное сознание и сознание якши-сокола поглотили Эфир, но там не было ни завершенных лабиринтов, ни чистых линий.

Наоборот, линии созвездий были слабыми. Ираван создавал их, делая выбор в течение нескольких неизвестных жизней, используянезавершенность.

На мгновение ему показалось, что космическая сущность проникла в его сознание, и…

Иравану открылась реальность собственного существования, когда космическая сущность обрушилась на него всей мощью гнева и ярости земли. Звезды в сознании погасли.

Во втором восприятии Ираван на мгновение завис, как пылинка, парализованный шоком. В первом восприятии он плыл в вихре с остекленевшими глазами и широко распахнутым от ужаса ртом. Он не мог двигаться, не мог думать – он вообще ничего не мог.

Существо разрывало его на части.

Разум Иравана

ВЗОРВАЛСЯ.

К нему пришли разрозненные образы:

дерево рудракши

Накшар

аромат сандалового дерева.

Сущность прорвалась сквозь линии, раздирая его соединения.

Возможности его будущего рухнули:

отцовство

счастье

улыбка Ахильи.

Тогда Ираван закричал, пытаясь удержать остатки себя, даже когда сущность уже стерла его, но осталось только

ничто.