Книга Небесный город, страница 29 – Критика Рао

— Ты очень далеко продвинулась, – сказал он. – Я не должен был этого говорить. У нас обоих равные шансы. Ужасно маленькие, да, но равные. Кто знает, что ты там обнаружишь, когда будешь изучать якшу? Если принесешь спираль-траву, наши шансы удвоятся…

И вдруг Дхрув замер.

Его взгляд скользнул мимо Ахильи, голос дрогнул.

— И-ираван, – сказал он и опустил руку. – Я не знал, что ты к нам присоединишься.

Ахилья резко обернулась.

Из-за изгиба рощи вышел ее муж, стряхнув несколько листьев с обшлагов своей курты. Его оценивающий взгляд переместился с Дхрува на Ахилью. Дхрув отступил назад.

Ахилья уставилась на мужа, сердце у нее бешено стучало. Она инстинктивно схватилась за сумку, в которой загремели приборы. Интересно, сколько он там стоял? Слышал ли, о чем они говорили? Почему он вообще там оказался? Ираван улыбнулся так, словно услышал ее последний вопрос. Ахилья всегда ненавидела эту улыбку: темную, мрачную, полную иронии.

— Я пришел повидаться с женой, – сказал он Дхруву, не отрывая глаз от Ахильи. – Если, конечно, никто здесь не возражает.

Оам и Наиля прекратили болтовню и уставились на него. Ираван был не самым высоким среди собравшихся, но, когда он шагнул вперед, его присутствие затмило даже рощу, сделав всех остальных вообще незначительными. На лице Дхрува Ахилья прочитала собственную тревогу. Слышал ли Ираван их разговор о спираль-траве? Вроде бы не слышал, если только не скрывает реакцию. Но зачем ему это? Кажется, она уже превратилась в параноика. В голове роились сотни мыслей. Ахилья почувствовала, как Дхрув отошел подальше. Ираван больше не траектировал – на его темной коже не было видно сине-зеленых татуировок, – но чем ближе он подходил, тем меньше становилась роща. Он остановился на расстоянии ладони от нее и наклонил голову, криво улыбаясь.

Ахилья вдохнула, пытаясь успокоиться, но ее окутал резкий и пряный запах Иравана: огненная мята и эвкалипт. Она почти чувствовала его щетину, проросшую на лице сухой щеткой. Различила оттенки цвета его глаз – от темно-карего до черного. Роща, сумерки, он – все это вместе тревожило ее. Дхрув и все остальные растворились у нее в сознании. А она и Ираван остались одни, словно перенеслись на семь месяцев назад. Вот так они и встретились здесь тогда, лицом к лицу, прямо перед тем, как раздеть друг друга, и было нечто злое в этой их юношеской поспешности. Она внезапно почувствовала отчаянное желание обхватить ладонями его щеки, обнять его, забыть их ссору. Но ее парализовала паника.

— Привет, Ахилья, – пробормотал он. – Мы с тобой так давно не виделись… Я надеялся, что мы сможем поговорить.

— Сейчас не могу. Мы уже опаздываем.

— Мы не виделись несколько месяцев…

— Это было твое решение, Ираван. Я отправила тебе сообщение.

Лицо у него стало отстраненным. Ираван прижал руку к затылку.

— Я… да… это правда. Но сейчас я здесь, и мы могли бы… не знаю… во всем разобраться. Возможно, ваша экспедиция может подождать?

— Не может, – ответила она. – Я впервые отслеживаю помеченного якшу, и он может уйти в любую минуту. Давай поговорим, когда я освобожусь.

— А давай я пойду с вами. Вы направляетесь в джунгли, и вам нужен архитектор, который страектирует ваш путь наружу.

— У нас есть Наиля, – сказала Ахилья. – Она…

— Младший архитектор, – закончил Ираван. – Знаю, ведь это я назначил ее сопровождать вашу экспедицию.