Онлайн книга «Небесный город»
|
Плечи Иравана расправились, когда его осенило. Он смотрел на них, а они смотрели на него, его друзья – нет, не друзья – советники. Эти стулья из розового дерева выглядели необычно. Это были не просто стулья, а кресла с высокими спинками для заседаний совета. А их собрание было не просто неформальной встречей, а заседанием совета – спонтанным, но официальным и значимым. Сердце Иравана учащенно забилось. Ему казалось, что на него давят бусины рудракши, хотя их у него не было. — Ираван? – настаивала на ответе Чайя. Бхарави все еще играла с пеларгонией. Почему? Что она хочет ему сказать? Изображение пришло к нему в мгновение ока. Отдельная палата в санктуме, пол которой весь усыпан этими пепельно-белыми цветами. Палата Манава, где часто работала Бхарави. Ираван там однажды побывал. Он уставился на пеларгонию. Манав был Старшим архитектором и советником пять лет назад, когда Накшаром в последний раз руководил совет в полном составе из семи человек. Именно тогда сам Ираван занял должность советника. Манав впал в состояние экстаза и превратился в экстатика всего через несколько недель после назначения Иравана. Ираван лично осуществил ему отсечение, и с тех пор место Манава оставалось вакантным. Почему Бхарави хотела, чтобы он подумал о нем? Это как-то связано с вакантным местом в совете? На которое рассчитывала Ахилья и по которому остальные члены совета должны были принять решение через три месяца? Каждый член совета должен был внести свои кандидатуры на обсуждение, и Бхарави никогда полностью не поддерживала кандидатуру Наили, не признавая в ней таланта. В этот раз на посту наблюдения была Наиля. Может, Бхарави пытается сказать ему, что Младший архитектор недостойна должности советника? Зачем говорить об этом сейчас, в такой критический момент? — Тебе задали вопрос, – сказал Айрав. Не в силах разглядеть ловушку, Ираван медленно ответил. — Нет. Я… я не беру на себя ответственность ни за чью-либо смерть, ни за то, что не сработал сигнал оповещения. Но я беру на себя ответственность за то, что отправил Наилю на пост наблюдения. — И ты искренне веришь, что это единственная ошибка, которую ты совершил в этой ситуации? – спросила Чайя. Бхарави не шевельнулась, но Ираван почти видел, как она кивнула. Она все еще держала пеларгонию между пальцев. — Да, – сказал Ираван, сглотнув. – Это единственная ошибка, за которую мне придется отвечать. Чайя обменялась взглядами с Айравом. Проницательный взгляд Айрава пронзил Иравана, и Ираван едва сдержался, чтобы не отшатнуться. Айрав был старейшим советником. Его руки были покрыты бусинами рудракши до локтя – это говорило о его должности и ответственности. — Боюсь, твоя жена права, – сказал Айрав медленным, рокочущим голосом. – Ты проводишь слишком тонкое различие абсолютно необоснованно. Ты отправил на пост некомпетентного специалиста, из-за чего не сработал сигнал оповещения. В результате погиб наш гражданин. И в результате под угрозу была поставлена жизнь Старшего архитектора… — Моя жизнь… — Не твоя. Твоя жизнь в первую очередь принадлежит ашраму. Вот что значит быть архитектором. Особенно Старшим архитектором. Выговор пронзил Иравана насквозь. Он заставил себя встретиться взглядом с Айравом. — Твои действия чуть не уничтожили Накшар, – продолжил Айрав. – Ты рисковал всем из эгоистичных побуждений. |