Книга Принцесса Сарнгейта. Часть 2, страница 58 – Эльза Скарлетт

— К Лонгрену Сенье, - коротко и тоже шёпотом ответила мать. – Они хотят, чтобы он предупредил Истедов, а потом отправятся заручиться поддержкой лорда Ризгас.

— Что ж, нам остаётся ждать, - вздохнула леди Эмили. – Никто не знает, насколько всё серьёзно и надолго ли мы тут заперты.

— Где Лейяна? – поинтересовалась мать.

— В спальне спит. Я только недавно её укачала, отослав служанку. Эта женщина не вызывает у меня доверия. Можешь положить Корина спать в спальне. Боюсь, что нам этой ночью лучше сохранять бдительность.

Я прислушивался к разговору взрослых и украдкой рассматривал графиню Эмили. Что позволял себе не так часто.

Моя мать и тётя дружили с ней, и эта леди вызывала у меня глубоко приятные чувства. Внутри себя я восхищался её красотой, изяществом, мягкостью и добротой. Отчего-то факт замужества леди вызывал у меня раздражение, хотя я понимал, что это никак не должно меня волновать. Оттого её мужа, графа Хардин, воспринимал с неприязнью.

Смотря на себя-ребёнка с позиции теперь уже взрослого человека, я сейчас склонялся к мнению, что впервые испытал чувство влюблённости именно к этой леди. Даже некоторое время представлял себе, что, когда вырасту, то вполне могу претендовать на ответные чувства женщины, ведь она была магом, а значит, останется такой же молодой и красивой ещё долго. В то время меня не смущало, что леди замужем. Это не казалось препятствием. Когда узнал, что графиня ожидает дитя, это охладило мои фантазии, но восхищение никуда не делось. Ах, если бы леди Эмили родилась на несколько десятков лет позже…

Герцогиня Тенебрей кивнула, соглашаясь с подругой.

— Я уложу племянника и побуду с детьми, - предложила Мишель.

Моя мать сначала недовольно посмотрела на сестру, но потом всё же согласилась.

Происходящее вызывало во мне множество вопросов, и хотелось знать, что происходит и отчего мы вынуждены тут скрываться. Но спрашивать о чём-либо у герцогини было бесполезно. Мать обладала весьма крутым и непреклонным нравом и редко опускалась до каких-либо объяснений.

В едва освещённой спальне, где горела всего одна ночная лампа, прикрытая накидкой, Мишель сняла с меня камзол, ботинки и приказала в одежде лечь в кровать прямо поверх покрывала. Накрыв меня пледом, она проверила колыбель, в которой спала маленькая Лейяна Хардин, и, убедившись, что всё хорошо, легла рядом со мной.

Тётя изредка приходила ко мне перед сном читать легенды и истории войн разных королевств, забираясь, так же как сейчас, в мою кровать и оставаясь, пока я не усну.

Сегодня она истории не рассказывала, а тихо полушёпотом пояснила, что отец очень занят с графом Хардин весьма серьёзным делом, и нам придётся некоторое время ради безопасности побыть в покоях четы артефактора, пока за нами не придут мужчины.

Работа отца была опасна. Он лично инструктировал меня на такой случай. Несколько раз ему уже приходилось прятать нас с матерью, отсылая в самые неожиданные места. Поэтому я знал, что в этом случае нельзя возражать и следует делать то, что велено, без лишних вопросов. Но каждый раз недоумение и любопытство возникало. Прежде всё заканчивалось благополучно, и мне казалось, что такая предосторожность излишняя.

Через несколько часов из сна меня выдернул плач ребёнка в колыбели. Тётя, что так и осталась около меня, быстро поднялась и поспешила к девочке. Тут же заглянула графиня.