Книга Свобода без корсета, страница 148 – Людмила Вовченко

— Они честнее людей.

— Это начинает меня пугать.

Софи пожала плечами.

— Поздно.

Все снова рассмеялись.

Три недели пролетели так быстро, что Маргарита потом не могла вспомнить, где заканчивался один день и начинался другой.

Париж словно подхватил их работу и понёс вперёд.

В новом салоне с утра до вечера шуршали ткани.

Стук ножниц смешивался с запахом свежего кофе, горячего утюга и весеннего дождя, который почти каждый вечер проходил по мостовым, оставляя после себя прохладу и отражения фонарей.

Женщины приходили одна за другой.

Сначала осторожно.

Почти шёпотом.

— Мне сказали… у вас можно дышать…

Потом смелее.

— Хочу платье, в котором смогу сама сесть в экипаж.

Потом уже с улыбкой.

— Муж ворчит. Значит, шейте два.

И Маргарита вдруг поняла, что настоящая революция никогда не начинается с громких речей.

Она начинается с маленького вопроса.

«А можно иначе?»

И однажды этот вопрос перестаёт быть вопросом.

Становится нормой.

День скачек на ипподроме Лоншан выдался тёплым.

Небо было высоким, чистым, с лёгкими белыми облаками.

По аллеям тянулись экипажи.

Господа в цилиндрах.

Дамы в огромных шляпах.

Шёлк.

Лён.

Запах духов, свежей травы, лошадей и молодой листвы.

Маргарита стояла у входа рядом с Изабель.

Позади них — Адель.

Графиня де Ларош.

Ещё четыре постоянные клиентки ателье.

И каждая была одета по-своему.

Не одинаково.

Не как солдаты одной армии.

Каждая сохранила себя.

Но двигались они одинаково свободно.

Легко.

Естественно.

Когда они вошли на ипподром, разговоры вокруг постепенно начали стихать.

Как тогда.

Много лет назад.

Только теперь Маргарита знала, что будет дальше.

Дамы оборачивались.

Мужчины переставали говорить.

Кто-то смотрел с восхищением.

Кто-то — с возмущением.

Кто-то — с откровенным любопытством.

Одна пожилая аристократка громко сказала:

— Господи… они же почти без корсетов…

Маргарита спокойно повернулась.

— Нет, мадам.

Та удивлённо посмотрела на неё.

— Что?

— Не «почти».

Она улыбнулась.

— Просто без мучений.

Рядом Изабель тихо кашлянула.

Очень подозрительно похоже на смешок.

Через несколько минут к ним подошла молодая журналистка.

Совсем ещё девочка.

С блокнотом в руках.

— Простите… это правда, что вы считаете удобство важнее традиции?

Маргарита посмотрела на неё.

Потом на женщин вокруг.

На Адель.

На Изабель.

На графиню.

На собственные руки.

— Нет.

Журналистка быстро подняла карандаш.

— Тогда что?

— Я считаю, что женщина не обязана выбирать между красотой и возможностью дышать.

Девушка записала каждое слово.

— Можно ещё вопрос?

— Конечно.

— Как называется ваш новый стиль?

Маргарита задумалась.

На несколько секунд.

Потом улыбнулась.

— Никак.

— Но…

— Это не стиль.

Она посмотрела на женщин вокруг.

— Это просто свобода.

Через месяц новый салон уже перестал вмещать всех желающих.

Через два месяца фабрика де Бомонов запустила отдельную линию более мягких тканей.

Через полгода в газетах начали писать не о скандале, а о новом направлении французской моды.

И почти никто уже не вспоминал, сколько людей в самом начале называли эту идею безумием.

Свадьбу сыграли тихо.

Настолько тихо, насколько это вообще было возможно рядом с Изабель.

Церковь утопала в белых пионах.

Арман потом долго уверял, что цветов было больше, чем гостей.

Изабель возмущалась.