Книга Развод с драконом. Я исцелю твой род без тебя, страница 75 – Алекс Скай

По залу пронёсся громкий шёпот.

Лорд Варрис ударил жезлом.

— Вы понимаете, что этим ставите под сомнение собственное право главы?

Каэль повернулся к нему.

— Право главы, которое держится на украденном голосе, уже было под сомнением. Я только сказал это вслух.

Лорд Эдвар Ардан, сидевший среди младших ветвей, поднялся.

— Северная ветвь Арданов требует внести признание главы в протокол.

За ним поднялась женщина из Дома Марн.

— Младшая линия Марн поддерживает требование.

Потом ещё один голос.

— Ветвь Вейл требует пересмотра дел детей, признанных слабыми.

Рен резко вскинул голову.

По залу пошла трещина.

Не магическая.

Политическая.

Старшие дома шептались уже не сверху вниз, а друг с другом, торопливо, нервно. Селеста стояла на месте, и только её пальцы на серебряной застёжке выдавали напряжение.

Эвелина знала: сейчас она ударит.

И Селеста ударила.

— Красиво, — сказала она.

Голос её был негромок, но зал замолчал. Она умела заставить людей слушать. В этом была часть её власти.

— Какая трогательная сцена. Дети, слёзы, виноватый сын, бывшая жена в роли спасительницы. Почти убедительно. Если забыть главное.

Эвелина повернулась к ней.

— Напомните.

— С радостью. Белая Ива всегда мечтала вернуть влияние. Ваша бабушка собирала вокруг себя младшие ветви под видом заботы. Вы продолжили её дело. Сначала вошли в Дом Арданов через брак, затем получили доступ к алтарю, затем начали влиять на детей и слабые ветви, а когда вас попытались остановить — разорвали клятву так, что погасло крылатое пламя. Теперь вы приводите сюда детей, которых сами же изменили, и требуете суда над родом, чтобы занять место, не принадлежащее вам.

Лорд Варрис сразу подхватил:

— Речь может идти не о защите, а о захвате родовой власти.

Селеста сделала шаг к центру.

— Именно. Эвелина Белая Ива не спасает Арданов. Она захватывает род через древнюю клятву, которую сама же и пробудила. Она хочет стать истинной главой, не имея крови Арданов.

Зал загудел.

Это было умно.

Жестоко, но умно.

Селеста взяла их главное доказательство и повернула его против них. Равная клятва. Сила Белой Ивы. Дети, чьи знаки раскрылись в её доме. Чёрные ворота. Первые драконы. Всё можно было представить не как восстановление правды, а как тихий захват власти женщиной, которую вчера отвергли.

Эвелина могла ответить сразу.

Но вдруг поняла: если сейчас начнёт защищаться, снова окажется там, куда её ставила Селеста. В круге обвинений. Женщина, доказывающая, что не опасна. Жена, объясняющая, что не мстит. Хозяйка, оправдывающаяся за собственный дом.

Нет.

Она пришла не оправдываться.

— Лира, — сказала она тихо.

Девочка вздрогнула.

Каэль сразу напрягся, но не вмешался.

Эвелина опустилась перед Лирой.

— Ты не обязана.

Лира посмотрела на неё.

— Обязана — нет. Но хочу.

— Тебе будет страшно.

— Мне уже страшно.

— Тогда почему?

Лира сжала пальцы.

— Потому что если я промолчу, они скажут, что меня опять не было.

Эвелина почувствовала, как в груди стало больно и светло одновременно.

— Я рядом.

— Я знаю.

Лира вышла в центр зала.

Маленькая.

Тонкая.

В белой шали, с лицом ребёнка, который слишком много видел и всё равно не разучился верить, что взрослые могут стать лучше.

Селеста побледнела.

— Уведите ребёнка.

— Нет, — сказал Каэль.

Не громко.