Книга Веятари, страница 54 – Велл Матрикс

— А мне зачем столовая? — уставилась она на меня. — Я и на кухне прекрасно поужинаю.

— Но ведь неприлично есть там, где готовишь, — озвучил я очевидное.

Лисса смерила меня неожиданно тяжелым взглядом и мрачно осведомилась:

— И ты готов изменить своим принципам, лишь бы не есть со мной за одним столом?

Я опешил. Это же она отказывалась… или что?

— Нет, конечно. Почему ты вообще так решила?!

— Потому что в прошлый раз ты весьма демонстративно ушел ужинать в одиночестве? — предположила она.

— Но ведь это ты отказалась идти со мной! — возразил я, сбитый с толку.

Демонстративно? В моих действиях не было ничего демонстративного, я просто перешел в столовую, чтобы поесть в привычной обстановке. И счел, что это Лисса демонстративно отказывается делить со мной стол. А с ее точки зрения, выходит, это я ее оскорбил? Хотя всего лишь сделал самую очевидную вещь на свете! Есть на кухне — моветон!

— Так ты меня не звал, — пожала она плечами.

— Зачем бы мне? — досадливо откликнулся я. — Это же само собой разумеется, столовая для того и существует.

— Не знаю, что там само собой разумеется у вас, моу, но мне никогда не приходилось жить в доме, где имелась бы отдельная комната для приема пищи, — фыркнула Лисса. — Я привыкла есть на кухне, и чем-то неприличным это не считаю, уж извини.

Я смотрел на нее внимательно и удивленно. Выходит, она вовсе не стремилась указать мне мое место, отказываясь присоединиться на том ужине? И даже наоборот, сочла, что это я от нее дистанцируюсь? Невероятно. Никогда не думал, что разница в воспитании может вызвать такое недопонимание.

— Это ты извини, — я действительно сожалел. — Это просто недоразумение. Мне вовсе не в тягость твоя компания.

— Рада это слышать, — Лисса заметно повеселела. — И, если это так для тебя важно, мы можем накрывать на стол в столовой.

Я снова оценивал ее через призму представления о веятэ, сразу обвинив в высокомерии, тогда как высокомерным показал себя я. Мне и в голову не пришло, что Лисса просто не понимает моих мотивов из-за разницы в наших представлениях о норме, и я поспешил обидеться на нее. А всего-то надо было поговорить.

Утешало лишь то, что и Лисса поступила ничуть не умнее меня. Впрочем, слабое утешение — я все же старше, во мне течет благородная кровь, и я бы должен быть благоразумнее Лиссы. Но меня сбивает с толку то, что я прежде не общался с безродными. А опыт общения с веятэ у меня не то, чтобы положительный. Поэтому я в первую очередь во всех действиях Лиссы вижу подвох, совершенно не учитывая разницу в воспитании.

И это непременно нужно исправить. Недопонимание недопустимо, ведь мы делаем общее дело, причем — опасное, так что подобные разногласия могут стоить нам жизни. А Лисса молодец, в отличие от меня. Она старается наладить наши отношения, хотя делать это должен бы я.

— Для этого столовая и нужна, — я ей улыбнулся.

Как ни странно, но мне тоже стало легче от того, что недоразумение прояснилось. Как бы не призывал я собственное благоразумие, но все же я оказался в довольно неприятной для меня ситуации, когда вынужден подчиняться человеку в социальном статусе ниже моего. Это оскорбляет мою гордость, несмотря на то, что я сам добровольно согласился на это. Поэтому для меня так важно узнать, что Лисса вовсе не пытается демонстрировать свое превосходство в качестве веятэ.