Книга Веятари, страница 98 – Велл Матрикс

Веятэ порой гибли в когтях телар, но я никогда не думала, что и меня ждет подобная участь.

— Лисса! — сквозь боль и отнимающую сознание темноту услышала я знакомый, полный отчаяния голос.

Лиар? Откуда он здесь? Может, это предсмертное видение?

Но в следующий миг меня подхватила волна магии.

Он все-таки здесь. А значит, я уничтожу телара.

В тот момент мне почему-то не пришло в голову, что я могу вылечить себя. Слишком много боли, слишком много отчаяния, на грани потери сознания — все, на что меня хватило, это собрать магию и вложить ее в один-единственный удар.

И телар, отвлекшийся на атари, пропустил его.

Я еще увидела, как скручивается монстр в сферу, а затем окончательно потеряла сознание.

Придя в себя, первое, что я почувствовала — это удивление. Я жива? Меня не растерзал телар, а появление Лиара не было попыткой подсознания облегчить мне муки умирания? Это казалось чудом, чем-то невероятным. Он ведь ушел выбирать другую веятэ, как он мог очутиться там, где мне нужна была его помощь? Зачем он вернулся — и как нашел меня?

Столько вопросов, и на их фоне — чистая, незамутненная радость. Я все-таки выжила! Ведь уже попрощалась с жизнью, но телара больше нет, а я — есть! Это ли не счастье?

Но, попытавшись открыть глаза, я едва удержалась от стона. Правая половина лица пульсировала болью, а глаз так и вовсе не открывался. Да и тело болело — не так сильно, как в момент ранения, но все же довольно неприятно. А магии не было.

И это пугало.

С трудом, открыв один глаз, я поднялась и огляделась. Моя комната, и Лиар здесь — спит на кресле рядом с моей кроватью. На сердце потеплело: все же вернулся, принес меня домой, сидел у кровати, пока я была без сознания… Должно быть, всю ночь не спал, если уснул в таком неудобном положении.

Аккуратно, чтобы не разбудить утомленного атари, я встала с постели и поплелась в душ. Лиар снял с меня верхнюю одежду и даже обработал раны, как смог, но вокруг рубцов запеклась кровь, которую следовало смыть. Да и глаз не открывался наверняка из-за крови.

Нет, не из-за нее.

Его просто не было.

Я в немом ужасе смотрела в зеркало, не узнавая свое отражение. Левая половина не пострадала, а справа…

Три багровые полосы перечеркнули щеку от лба до подбородка, через глазницу, где вместо глаза теперь алело кровавое месиво. Кожа в багровых разводах вокруг рваных ран воспалилась, уродуя меня еще сильнее.

Я знала цену красоте. Мое лицо несколько лет уродовали не проходящие синяки и ссадины, от чего окружающие шарахались от меня, глядя с отвращением. Но тогда я знала, что рано или поздно это пройдет, что я стану сильнее и смогу защититься. Но сейчас — это навсегда. Если магия не справилась сразу, значит, уже ничто не поможет. Все вернется. И презрительные взгляды, и отвращение, и отчуждение…

Чем я это заслужила?

Я всегда пыталась помочь людям по мере сил, никогда не проходила мимо чужой беды, старалась быть хорошим человеком. Я никому не желала зла. Это же несправедливо!

Где-то внутри меня завыли отчаяние и обида, но я не позволила чувствам вырваться на волю. Да, можно устроить истерику, разреветься, разрушить все вокруг — но что это изменит? Я останусь все такой же изуродованной. И мне не станет легче. Поэтому и начинать не стоит.

Заперев свой плач в клетке ледяного спокойствия, я отвернулась от зеркала, осторожно смыла с себя кровь, стараясь не обращать внимания на боль, и оделась в домашнее платье. Раны, тянущиеся от живота к груди, выглядели ничуть не лучше тех, что на лице. И, не успей я уклониться от того удара — он убил бы меня на месте.