Книга Измена дракона. Изгнанная с его наследником, страница 117 – Майкл Скофилд

— Почти две.

Она обозвала его идиотом, но осторожно проверила повязку.

Я вышла следом и помогла Нарену. Райгара вынесли на носилках. Он был в сознании, но подняться я не дала. И, что важнее, он не спорил при людях.

Это заметили все.

Иногда власть показывает себя не в том, как человек стоит на ногах, а в том, что он признает: сейчас не может.

Во дворе стояли Кассана, Дамир, Варн, несколько легионеров и двое людей из канцелярии. Миледы не было. Ирвента тоже.

— Где они? — спросил Райгар.

Кассана ответила:

— Миледа в своих покоях. Я распорядилась поставить охрану у дверей после сообщения Асдена. Ирвент заявил, что нездоров, и заперся в кабинете Совета. Охрана стоит снаружи. Ортан?

— Жив, — сказал Асден. — Севрана тоже. Оба под стражей.

Кассана посмотрела на Нарена.

На этот раз не так, как в первый день.

Не как на наследника.

Как на ребенка, которого могли не привезти обратно.

— Ты ранен?

Нарен прижал перевязанную руку к груди.

— Немного.

— Храбрый мальчик.

Он нахмурился.

— Я не был храбрым. Я боялся.

Кассана не сразу нашла ответ.

— Иногда храбрость и есть то, что человек делает, пока боится.

Нарен подумал и не стал спорить.

Я отметила это. Кассана сказала правильно. Но правильные слова не стирают старого холода. Просто ложатся рядом, ожидая, что дальше будут дела.

— Большой зал готов, — сказал Дамир. — По вашему распоряжению, лорд, вызваны все, кто присутствовал на вчерашнем слушании. Копии документов уже отправлены в Ларн и вторую копию я спрятал в храмовом сейфе старой башни. Оригиналы под моей печатью.

— Хорошо, — сказал Райгар. — Слушание через полчаса.

Я посмотрела на него.

— Через час. Тебя сначала осмотрят.

— Полчаса.

— Час.

Он встретил мой взгляд.

Во дворе стояли люди. Все ждали, кто уступит. Глава рода или целительница, которую он сам признал стороной договора.

Райгар сказал:

— Через час.

Тавия пробормотала:

— Живем в удивительное время.

Через час большой зал был полон.

Не так, как во время праздника или официального собрания. Люди стояли сдержанно, группами, но напряжение шло от стены к стене. Слуги, легионеры, женщины рода, жрецы без Ортона, советники без Ирвента, писари, хранители. Все понимали: сегодня не просто разбирают нападение.

Сегодня ломается версия, на которой пять лет стоял покой рода.

Райгар вошел не сам. Его внесли на высоком кресле-носилках и поставили у возвышения. Он не сел на трон главы рода. Велел поставить кресло ниже, почти на уровне стола писарей.

Это тоже заметили.

Я вошла рядом с Нареном и Тавией. Сын держал меня за руку. Во второй руке — деревянный дракон с обломанным крылом. Я не стала отнимать. Пусть держит то, что напоминает ему о доме, а не о зале.

Вараста вошла последней. Старую жрицу провели к столу свидетелей. Когда Ортона ввели связанным, зал зашумел.

Он был бледен, плечо перевязано, но спина прямая. Даже сейчас в его лице было не раскаяние, а возмущение тем, что его заставили отвечать перед людьми, которые еще вчера склонялись перед его мантией.

Следом ввели Севрану.

Женщина в темном плаще уже без повязки на лице выглядела моложе, чем мне казалось в дыму крепости. Лет тридцать. Усталая, злая, с человеком, который понял: те, кому служил, оставили его первым.

Ирвента привели под охраной.

Не связанного.

Пока.