Книга Измена. Беременная жена дракона станет невестой его врага, страница 62 – Виктор Громов

Это было ниже титула. И почему-то крепче.

Яра кивнула.

— Тогда выбери сама, — сказал он вдруг.

Она нахмурилась.

— Что?

Он опустил руку к поясу, снял короткий пепельный клинок в ножнах и положил его на каменный стол между ними. Жест был медленным, почти церемониальным, но не для зрителей. Для неё.

— Я могу предложить путь. Могу поставить охрану. Могу открыть договор. Могу принять Пепельную печать. Но если это снова станет решением мужчины о вашей судьбе, мы ничем не лучше тех, кто запер вас в Высоком зале. Тогда выбери сама, Яра. Я только положу меч у твоих ног.

Слова прошли по Залу не громче шёпота.

Но свечи отозвались.

Все семь огоньков вытянулись в сторону стола.

Яра смотрела на клинок.

Меч у её ног.

Не кольцо. Не брачный браслет. Не цепь с гербом. Не приказ вернуться во дворец. Предложение защиты, которое можно принять или оставить лежать на камне.

Она подняла взгляд на Нокса.

— Вы понимаете, как это будет выглядеть?

— Да.

— Как будто я стала вашей, чтобы насолить мужу.

— Да.

— Как будто всё, что случилось во дворце, было началом моей измены.

В его глазах вспыхнуло что-то тёмное.

— Да.

— И вы готовы?

— Меня всю жизнь обвиняли в худшем. Переживу.

— А я?

Он ответил не сразу.

— Вам будет больнее.

Честно.

Снова честно до невозможности.

— Почему вы тогда предлагаете?

— Потому что без этого вам будет опаснее.

Яра посмотрела на женщин в зале. Талиса вцепилась в край книги. Дора стояла за её плечом. Мать с мальчиком прижала сына к себе. Сибилла отвернулась, но осталась. Варса держала старый ключ без замка, и лицо её было суровым, как у самой памяти.

Если Яра примет Пепельную печать, её имя завтра разорвут на куски.

Если не примет, эти женщины могут снова оказаться у закрытых дверей.

Она медленно подошла к столу и взяла клинок.

Нокс не двинулся.

Клинок оказался легче, чем она ожидала. Рукоять была тёплой, словно металл долго лежал не на столе, а в живой руке. На ножнах проступила пепельная линия, ответившая её брачной печати.

— Я принимаю обручение не как просьбу о спасении, — сказала Яра. — И не как месть Мортану. Я принимаю его как ход в войне, которую начали не мы. Но если вы нарушите хоть одно условие, Нокс Эррел, я сама разорву эту печать при Зале.

Он склонил голову.

— Справедливо.

— И ещё.

— Да?

— Вы не называете меня своей.

На этот раз он ответил сразу:

— Никогда без вашего желания.

Сибилла тихо рассмеялась, но смех сорвался.

— Вы оба говорите так, будто желание имеет значение в родовых клятвах.

Варса посмотрела на неё.

— Для этого дом и проснулся.

Обряд Пепельной печати оказался пугающе простым.

Не было музыки, венцов, толпы свидетелей, сладких слов и древних обещаний о вечности. Только старый стол, пустой круг главной чаши, семь свечей услышанных клятв и три линии на камне: золотая Дайров, пепельная Эррелов и бело-алая свободной искры.

Варса поставила клинок Нокса между Ярой и пустым кругом.

— Обручение под Пепельной печатью не заменяет брака, — сказала она. — Оно ставит защиту выше родовой выгоды до суда клятв. Тот, кто принимает печать, не получает тела, имени, ребёнка или судьбы. Только обязанность стоять перед ударом, пока женщина сама не решит, куда идти.

Яра слушала, и с каждым словом дыхание становилось ровнее.

Не потому, что страх исчез. Он был рядом. Особенно когда она чувствовала на себе взгляд Сибиллы. Особенно когда думала о Мортане у нижней дороги, о приказе Совета, о том, как быстро слухи превратят этот обряд в скандал. Но слова Варсы не делали её добычей.