Книга Пункт назначения 1990. Шаман, страница 64 – Виктор Громов

Она небрежно махнула рукой.

— И не надо. Что у меня, банок что ли мало?

Старуха провела перед собой ладонью, и на столе, как грибы после дождя, появилась разнокалиберная стеклотара. Оставалось только удивляться, что это? Магия? Обычные законы сновидения, где дозволено все?

Баба Дуся усмехнулась. Опять прочитала мои мысли.

— Все сразу. Я здесь хозяйка. Я здесь могу все.

— Мяу! — возмущенно раздалось с печи.

— И ты тоже, — согласилась ведьма, — куда я без тебя.

Кот совсем по-человечески кивнул, вытянул перед собой лапы и уложил на них лобастую голову. Опять погрузился в дрему.

— Вика ваша внучка? — Спросил я, переводя взгляд на хозяйку.

— Моя, — согласилась баба Дуся. — Хорошая она девка, но для магии не подходящая.

— Вика? — тут в действительно изумился. А об одной ли девушке мы говорим? — Почему? Вон как у нее здорово получается.

Баба Дуся небрежным движением испарила со стола баночный натюрморт, вздохнула, произнесла с горечью в голосе:

— Здорово… Ты думаешь? Разве это здорово! Сущие крохи, отголоски силы. Никогда ей не набрать нужной мощи. — А потом подняла вверх палец и торжественно выдала: — Се ля ви!

Я аж поперхнулся от неожиданности. Она понимающе хмыкнула.

— Ты не смотри на меня так. Это сейчас я деревня-деревней. Я не всегда такой была. Жизнь заставила. Сложно было древним фамилиям при советах…

— Сложно, — с этим я был согласен. То же самое я когда-то слышал и от собственной бабушки.

— Ну да не во мне дело. И не в Вике. Это все ждет.

Баба Дуся придвинула ко мне книгу.

— Открывай. Читай. Тебе девчонку скоро лечить, а это не просто. Учиться будем.

Я взял гримуар, послушно открыл, перелистнул пару страниц, поинтересовался:

— Вы и об этом знаете?

— Баба Дуся все знает, — сказала она нарочито сварливым тоном. — Бабе Дусе такой ученик самой судьбой на роду написан.

Это прозвучало излишне пафосно. Я не сдержался и съязвил:

— Так уж и написан?

Потом поднял глаза и глянул на ведьму — та больше не улыбалась, хмурила брови, кусала губы.

— Что-то не так?

Баба Дуся совсем неделикатно ткнула пальцем в открытую страницу.

— Искр нет!

И я сообразил — действительно, от книги не исходит зеленое сияние, которое было наяву. Интересно, почему?

— Где искры? — Повторила она требовательно, словно это я должен был знать ответ на вопрос.

— Не знаю… Я пока вообще ничего не знаю.

Во мне закипало возмущение. Затащили сюда! В этот мир, в это время, в этот сон! Втянули в какую-то чертовщину, наделили пророческим даром, за который, не ровен час, пришибут, вручили волшебную книгу, да еще и вопросы задают! Требуют непонятно чего!

— Может быть, это вы мне объясните, куда подевались эти чертовы искры?

Старуха опасно прищурилась. У меня все похолодело внутри. Это было куда страшнее, чем Лев Петрович с цепными псами. Возникло острое желание убраться отсюда подобру-поздорову, пока…

Я оттолкнулся ногами, пытаясь отодвинуть стул, чтобы встать, и понял, что не могу — ноги словно вросли в пол. Я не смог сдвинуться с места. За спиной утробно заурчал, заорал кот.

Баба Дуся поднялась, оперлась пальцами о стол, наклонилась вперед. Сразу стала мощнее и выше, словно внезапно подросла на добрую голову, словно раздалась в плечах.

Я невольно скукожился. Смелость-смелостью, но против магии я пока не борец.