Книга Пункт назначения 1990. Шаман, страница 91 – Виктор Громов

— Молодец, маленький, — повторяла она ласково, — молодец. Никого не укусил. Умница моя.

Я встал перед господами разбойниками. Огляделся. Наше добро было загружено в обычную строительную тачку. В нее же, как бурлаки на волге, были впряжены два пропитых мужичка. Сверху, на поклаже, на широкой крыше телевизора сидел давешний мальчишка из моего видения. Чумазый и расстроенный. Мать этого чуда стояла чуть в стороне, ко мне подходить боялась. Ее страх я чувствовал даже на расстоянии. Участкового видно не было.

— Макс, ты здесь? — Прокричал я в пустоту.

— Он ушел, — ответил мне один из мужиков. — Сказал дела у него. Неотложные.

— Да сбежал он! — Припечатал второй. — Больно вы его, товарищ шаман, напужали.

Это их «товарищ шаман» рождало во мне диссонанс. Я протянул руки к пацану, чтобы снять его с импровизированной тачанки. Он неожиданно обхватил меня за шею, прижался, зашептал на ухо:

— Дяденька шаман, ты только мамку мою не наказывай. Она хорошая. Она из-за меня.

Я слегка опешил.

— Что из-за тебя?

— Телевизор взяла. Она мне сказки обещала. Сказала тут много разных.

Я поперхнулся, вспомнив названия кассет: Белоснежка, Золушка, Спящая красавица… Ох, черт, хорошо, что не успели показать. Парень был живой, умненький, он смотрел на меня блестящими глазенками. Ждал ответа.

— Если хочешь смотреть телевизор, — сказал я ему, опуская на землю, — красть не обязательно. Просто приходи. Здесь тебя никто не обидит. И вообще приходи. Как тебя зовут?

— Валера…

Имя свое он смешно коверкал на букве «р». Я выпустил его из рук, поднялся.

— Вика, — в ночной тишине мой окрик отразился во все стороны эхом.

— Что?

Она оказалась совсем рядом.

— Познакомь Валерку с Соломоном. Мальчик будет к нам в гости приходить. Не хотелось бы…

Я подтолкнул пацаненка к девчонке. Она оживилась:

— Конечно. Иди сюда, малыш.

— Не дам ребенка! — Взвизгнула его мамаша!

Сразу поднялся гвалт, начался вой. Пацан испугался, отчаянно заревел, прибежал, зарылся в мамкину юбку. Я сплюнул от досады.

— Да никто у тебя его не собирается отнимать!

В сердцах моя ладонь прихлопнула по мешку с кассетами. На волю сразу вырвался сном золотистых искр, окутал меня, закружился вокруг хороводом. Книга приветствовала хозяина. Она-то была мне рада. Вой сразу стих. Еще бы, не каждый день в деревне показывают настоящее волшебство. А в темноте все это выглядело воистину феерично.

Один из мужиков остолбенел. Другой запричитал: «Спаси и сохрани!» Потом принялся истово креститься. Баба взвизгнула и подхватила пацана на руки. Тот брыкался, пытаясь вырваться.

— Мама, пусти, — просил он, — можно мне посмотреть. Ну, пожалуйста!

— Замолчи, паршивец!

Послышался звук затрещины и всхлип. В моей голове тут же вскипела злость. Мне стало стыдно за себя. Да что ж это такое! Откуда во мне это паскудное равнодушие? Я всю жизнь лечил людей. Я всю жизнь старался помогать, как мог, на сколько хватало сил… А тут… Пусть пьянство здесь — привычный образ жизни. Пусть. Я точно понимал, что вылечить всех не смогу. Не было во мне розовых иллюзий. Мне просто не хватит сил. Слишком много на нашей земле тех, кто продал душу зеленому змию. Но этому мальчику я способен помочь. Здесь. Сейчас.

Я выдернул из мешка сияющую книгу, зажал подмышкой. Шагнул к горе-мамаше. Она тут же замолкла. Притих и пацан.