Книга Уроборос. Том 1, страница 128 – Виктор Громов

Прошло несколько дней, силы таяли в тягучих и изматывающих стычках. Ромеев было гораздо меньше, поэтому их потерями были чувствительнее. Роман так же не мог оказать помощь, поскольку все силы бросал на противостояние курдам. Ираклий настойчиво посылал гонцов к Нарсесу с просьбами ускорить марш, иначе приходить на помощь уже будет некому. Он так и не смог соединиться с Романом, поскольку Бахрам разделил свою огромную армию на две части и теперь движение еще сильнее усложнилось. Двигались четыре огромных массы людей, к которым подходила пятая масса, а это все окружали курды, которые пытались постоянно нанести максимальный ущерб. На чью сторону склонялась удача пока было сказать трудно. Ромеи теряли людей, но выскальзывали из всех ловушек персов, персы никак не могли разбить по одиночке небольшие, но больно жалящие армии, чтобы потом заняться основными силами, но обескровливали пришельцев.

Наконец, дозорные заметили на западе огромную армию, которая двигалась в их направлении. Это был Нарсес, больше некому! Они дождались, они выдержали это сражение умов и хитроумных шахмат против лучшего полководца Персии! Он не смог их обмануть, не смог увлечь в ловушку и уничтожить. Осталось, судя по расстоянию, подождать всего два дня, пока Нарсес подойдет. За это время надо каким-то образом все-таки объединиться с Романом, вернее, выскользнуть его армии из полумешка и присоединиться к Ираклию.

Для этого был придуман оригинальный план. Роман должен быть продемонстрировать панику своего войска, и броситься на северо-восток, чтобы бежать назад в степи. Когда курды и одна из частей Бахрама преградят путь ему, он должен развернуться и на максимальной скорости двинуться в противоположную сторону, временно очищенную врагами. План был реализован немедленно, шпионы не успели донести обо всем Бахраму, и его офицеры поддались на эту хитрость. Бросив часть обозов и потеряв все-таки определенные части, Роман на следующий день вышел к лагерю Ираклия.

Обе армии приветствовали друг друга громовыми криками радости, солдаты обнимались и поздравляли друг друга на всех языках. Неудивительно, теперь у ромеев было в два раза больше солдат и они составляли серьезную силу. Бахрам же потерпел сокрушительное стратегическое поражение: мало того, что он не смог за все время уничтожить Романа, он так же не уничтожил Ираклия, позволил им соединиться в нужном месте и спокойно дожидаться основной армии. Как сообщали шпионы, Бахрам был в таком бешенстве, что приказал казнить офицеров, которые были виновным в провале танца с Романом. Тактически все было примерно ясно, предстояло фронтальное сражение. Оставшееся время до подхода Нарсеса армии потратили на подготовку и отдых. Им предстояло сражение, которое определяло судьбу всего Ирана и не-Ирана и в значительной степени, влияющее на Рим и остальной мир. Уже было ясно, что ни тюрки, ни йеменцы не успеют на поле битвы и придется обходиться теми силами, которые в наличии.

Подошла так же армия Нарсеса. Радости было даже больше, чем накануне. Да и где еще это видано, чтобы три армии, действующие друг от друга на расстоянии тысяч стадий, соединились в одном месте в одно время во враждебной стране прямо под носом у знаменитого полководца? Лагерь ромеев гремел от радостных криков, а персы, находившееся совсем неподалеку, уныло молчали. Но еще ничего не было решено. Даже сейчас армия Бахрама была немного больше, чем все силы ромеев, и это если не принимать во внимания курдов. Но политические бурления во вражеском лагере и пораженческие настроения были уже всем очевидны, и ариям срочно надо было дать бой, поскольку время работало против них.