Книга Уроборос. Том 1, страница 82 – Виктор Громов

— Господин, ты имеешь в виду руководство армией или общей ситуацией?

— Всеми аспектами. Ты ему доверяешь?

— Да, император, он справится.

— Кстати, как там Ираклий? Справляется в Армении?

— Да, как ни странно. Денег у него совсем немного, но он начал капитальный ремонт дорог на север, к морю, на юг, к Месопотамию, и на запад, во внутренние районы Анатолии. Мало того, он создал фонд и выдает ссуды на открытие своего дела желающим. Толковый наместник, пока особых претензий к нему нет.

— О как, молодец. Не думал, что он на той несчастной земле сделает что-то полезное. Тогда решено, подготовьте распоряжения и по солдатам, и по деньгам, у нас есть полгода до весенней кампании, чтобы подготовиться к удару. Я вижу так, что основной удар совершить из северной Сирии в сторону Месопотамии, а армия из Армении и части Романа со своих сторон будут двигаться к ним на соединение. Не хватало еще, чтобы собрать такую огромную массу людей в одной месте без толкового снабжения. Петр, ты как смотришь на общий план? Последнее слово за тобой.

— Император, все верно. Мы так и поступим.

— Константина, ты вместе с Петром курируешь вопросы снабжения армии. Большего всего не хотелось, чтобы все наши армии страдали от голода или нехватки снаряжения, еще раз повторяю. Иоанн, ты по своим каналам попробуй убедить иранских христиан, что мы идем им на помощь и чтобы по возможности оказывали нам помощь. Феодосий – с тебя, как всегда, финансирование и постарайся сделать так через агентов, чтобы знать активнее переходила на сторону Хосрова. Тут нужны все усилия, чтобы такое необычное предприятие окончилось успехом.

Глава 19.

На следующее утро ситуация повторилась. То же раннее время, снова прогулка по не совсем проснувшемуся Константинополю к тому же неприметному дворцу. Снова знакомые коридоры и дверь. На этой раз, собравшихся было немного больше, присутствовал еще один ромей и один иностранец, возможно, тоже иранец.

Маврикий поднялся с трона и взяв под руки Хосрова проводил его к знакомому столу.

— Мой дорогой сын и друг, шахиншах Хосров. Сразу скажу, мы вчера с членами совета очень тщательно обсуждали твое предложение, направленное на то, чтобы подарить народам Ирана и Рима мир и процветание. Практически сразу мы пришли к положительному решению. Хосров немного выдохнул. Он предполагал, что император откликнется на его предложение, но все-таки ни в чем нельзя быть до конца уверенным, когда речь идет о таких вещах планетарного масштаба. Теперь следовало узнать о цене этой сделки с дьяволом, Хосров не сомневался, что она будет неимоверно высокой. Но на удивление, к предложенным пунктам Маврикий предложил добавить только один. Защита христиан и право на служение им в Иране. Взамен, чтобы это выглядело не односторонней уступкой, а компромиссом, Маврикий гарантировал свободу вероисповедания на территории империи всем зороастрийцам. Это был, конечно, ловкий политический ход. Не-христиан в Риме было вообще очень мало, и на них церковь практически не обращала внимание. Гораздо серьезнее, как знал Хосров, была ситуация внутри церкви, между ортодоксами-франками, остатками ариан по всему западу, выросшему на восточном единобожии монофизитстве и православной верхушкой, которая металась между непримиримыми сторонами в попытках найти компромисс и реформироваться самой.