Книга Изгнанная для князя Вьюги, страница 17 – Ева Енисеева

— Кто ты? — Его голос, как далёкий гром, короткие слова обрушивались словно удары.

Ну что за упрямый ужасный воин мне достался?!

В книге написано, что он должен относиться ко мне как к драгоценности, а не как к воровке! Подумать только! Кинжал к горлу, будто я какая-то обманщица!

Он прижал лезвие сильнее. Я ощутила холод металла острее, чем мороз за стенами хижины. Доски пола, такие жёсткие под спиной, пахли смолой и снегом, принесённым его сапогами.

— Что ты делаешь?! — Я пыталась вырваться, но его рука, крепкая, словно выкованная из стали, прижимала меня к полу. Он был непоколебим, как каменная стена. — Пусти меня!

— Отвечай, — повторил он, не повышая тона, но и не оставляя выбора. — Кто ты?

Я сглотнула, пытаясь собраться с мыслями. Лгать ему — это как спорить с зимой, но и правду сказать я не могла. Мало ли как простой охотник отреагирует на новость, что зажал в хижине суженую князя Вьюги. Не захочет ли забрать меня себе?

От этой мысли в середине груди потеплело, и я одёрнула себя.

— Девушка из Лесарии, — выдавила, чувствуя, как горло сжимает страх. — Просто изгнанница.

Его взгляд, холодный и внимательный, скользнул по моему лицу. В нём не было ярости, только расчёт и спокойствие зверя, который следит за добычей.

Он чуть наклонился ближе, и я ощутила его дыхание на своих губах. Его тепло было странным, обжигающим.

— Ты врёшь. — Его голос был безэмоционален, и от этого стало ещё страшнее.

— Я не вру! — попыталась выкрикнуть, но слова прозвучали слишком слабо.

— Ты появилась из портала. Не из деревни. Не из леса. Ты из дворца, — он говорил уверенно, каждое слово било наотмашь. — Последний раз спрашиваю. Кто ты?

Его лезвие ощутимо царапнуло кожу, и я судорожно вдохнула. Огонь в очаге вспыхнул сильнее, как будто подчиняясь его ярости. Тени зашевелились, заставляя меня ещё больше ощутить, как он возвышается надо мной.

Мои пальцы всё ещё сжимали иглу — единственное, что у меня осталось из оружия. И в отчаянии я резко ударила ей, всадив ему в плечо. Тонкий металл глубоко вошёл в ткань рубахи.

Он даже не дёрнулся. Лезвие отступило, но только на миг. Его рука метнулась, прижимая мою руку к полу. Его глаза сверкнули, как лёд под лунным светом.

— Становится интереснее, — процедил он, и в его голосе прозвучала ледяная угроза, от которой мурашки побежали по коже. — Готова защищать свою правду.

Его дыхание касалось моей кожи, горячее и странно успокаивающее. Но я не могла смириться. Я выгнулась, пытаясь вырваться, но его хватка была железной, даже с химеровой иглой в плече!

— Пусти меня! — закричала я, но голос дрогнул, выдавая страх.

Он наклонился ещё ближе, наши лица оказались в опасной близости, наши губы почти соприкасались. В его взгляде я не увидела злобы, только решимость.

— Лесария не изгоняет просто так, — произнёс он, понизив голос. Его слова обжигали сильнее, чем его прикосновение. — Ты не крестьянка. Ты из рода, где правят. Почему ты здесь?

— Это не твоё дело, — прошептала я, голос сорвался.

— Это моё дело, если из-за тебя мне придётся рискнуть своей жизнью. — Он отпустил меня, но не отступил. Его взгляд, сверкающий опасностью, удерживал меня на месте. — Ты хочешь вернуться? Или ты ищешь чего-то другого?

— Мне надо в столицу Вьюги.

Он прищурился, уцепившись за эту часть правды, как зверь, учуявший запах крови.