Книга Изгнанная для князя Вьюги, страница 20 – Ева Енисеева

Во-вторых, это позволяло избежать лишнего смущения. Я старалась не сильно прижиматься к мужчине, и всё же согревалась теплом Рейнара.

— Пьёте, да? — третий раз спросила я.

— Да, — бросил он коротко.

Мои глаза широко раскрылись.

— Что, серьёзно?! — выдохнула я, чувствуя, как эта самая кровь отхлынула от лица. — И как это бывает? Надо рассечь ладонь? Или запястье? Или вы… ну, вгрызаетесь прямо в шею?

Он слегка повернул голову, его холодный взгляд пересёкся с моим, но потом снова уставился на дорогу.

— Несколько капель крови в вино жениха, — скупо пояснил он.

Я с облегчением выдохнула.

— Ох, а я уж подумала… — начала я, но он меня перебил.

— Думать — не твоя сильная сторона, — отрезал он.

— Грубиян!

Я нахмурилась, но решила не сдаваться.

— А это правда, что дети у вас сразу после рождения проходят какой-то странный ритуал? Их окунают в снег или что-то такое?

Рейнар тяжело вздохнул, но всё же ответил:

— Да.

— Холодный снег? Прямо новорождённого младенца? Это же ужасно! А зачем?

— Чтобы проверить, выдержит ли он Вьюгу, — отрезал он, и его голос звучал так, будто он ответил на тысячный вопрос, а не на третий.

— И… если малыш не выдержит? — шёпотом спросила я.

Он ничего не ответил. Его молчание сказало больше, чем любые слова. В груди поднялась волна возмущения.

— Это жестоко, — сказала я, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

— Это жизнь, — коротко бросил он.

На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая только хрустом снега под копытами коня. Но я не собиралась сдаваться.

— Но я читала, что для вас дети это наивысшее богатство, почему же тогда...

— Хватит, — резко перебил он, и его голос прозвучал как удар хлыста.

Лошадь замерла на месте, и он обернулся ко мне. Его ледяные глаза смотрели прямо в душу. — Ты слишком много говоришь.

— А ты слишком мало, — нахмурилась я. — И ты мог бы быть повежливее, — пробормотала, обижаясь. — Мог просто сказать, что тебе не хочется говорить со мной, вместо того чтобы так… рычать.

Его взгляд стал тяжёлым, как само это проклятое небо.

— Замолчи, Илария, — сказал он тихо, но его тон не оставлял места для возражений.

Я хотела ответить, что он ужасный грубиян, но что-то в его глазах заставило меня прикусить язык. В этот момент хрустнула ветка, звук разнёсся по лесу, как удар в колокол. Рейнар замер.

— Слезай, — бросил он, спрыгивая с коня и выхватывая кинжал.

— Что? Почему? — зашептала я, но он уже проверял, откуда пришёл звук.

— Просто делай, что говорю, — приказал он, не оборачиваясь.

Я поспешно соскочила на землю, зябко кутаясь в меховой плащ. Снег вокруг тропы зашевелился, будто оживая. Из тени выступили два огромных силуэта.

Снежные барсы.

Их белоснежные шкуры делали их почти невидимыми среди снега. Янтарные глаза сверкали жаждой крови, мягкие лапы бесшумно ступали по снегу.

Рейнар шагнул вперёд, заслоняя меня.

Барсы зашипели, их клыки блеснули в слабом свете.

— Рейнар, что делать? — зашептала я, с ужасом глядя на зверей.

— Молчи, — рыкнул он.

Один из барсов бросился вперёд. Рейнар мгновенно сделал шаг в сторону, уходя от атаки. Я взвизгнула. Его кинжал сверкнул, оставляя кровавую линию на боку зверя. Барс зарычал, но не отступил.

Второй зверь уже готовился к прыжку, но Рейнар, словно предугадав его намерения, бросил кинжал, и тот вонзился в звериную грудь. Барс рухнул в снег, оставляя на белоснежной поверхности кровавый след.