Онлайн книга «Убить буржуев»
|
«Нет, идиот, но я не могу находиться в двух местах одновременно». Данте позвонил своему другу из французской полиции с просьбой выступить в качестве посла, и тот устроил ему обед с детективом, к которому Данте полчаса готовился при помощи медитации, сигарет и ксанакса. Они обедают в Двенадцатом округе, на веранде вьетнамского ресторана в Берси, торговом центре под открытым небом, с кинотеатром и ресторанами, где в обеденное время полно туристов, гуляющих по этническим магазинам. Детектив, бывший агент уголовного розыска, представляется как Беру. В свои под семьдесят этот тучный старик с волосатыми руками не утратил профессиональной хватки, так что Данте старается вешать ему на уши как можно меньше лапши после того, как отстегнул запрошенную таксу: полсотни евро плюс стоимость обеда. В пересчете на сегодняшние деньги примерно столько же брал в день Марлоу[62]. Единственное, в чем Данте лукавит, так это в том, что у него есть официальное задание. — С чего вдруг «Crown» заинтересовала эта давняя история? – спрашивает Беру в ожидании, пока остынет пад-тай[63], который они запивают красным вином, чтобы отбить запах тамаринда. — Не знаю, мне платят – я делаю, – отвечает Данте. – Итак, что ты можешь рассказать об Аннабель Буше? — Она тусовалась с ребятами, которые воображали себя художниками. Наркотики, секс… Родители делали вид, что ничего не знают, преподаватели закрывали на все глаза, лишь бы за обучение платили. И ее это погубило. — Каким образом? — Она ширнулась героином. Чистым – такая доза угробила бы даже конченого торчка. — Почему это не попало в отчет о вскрытии? — Потому что судмедэксперт был другом семьи. Сначала врачи «скорой» поставили диагноз «смерть от передозировки», и эта версия продержалась несколько дней. Сыщики начали разнюхивать, что да как. Потом состоялось вскрытие, и все изменилось. — Этот судмедэксперт еще жив? — Если и жив, ему сейчас лет сто, но я его больше не искал. — Ну а эта история с передозировкой… Девушка жила с толкачом – неужели он не умел отмерять наркоту? – удивляется Данте. — Наркоманы тупые, но, возможно, Хавьер, ее парень, хотел свалить без лишнего багажа и… – Беру показывает жест, изображающий укол. — По-твоему, это был не несчастный случай? – с интересом спрашивает Данте. — Руки у нее не были исколоты, как у настоящих наркоманов. Я видел фотографии трупа. — В отчете о вскрытии? — Вроде бы да. — Он у тебя еще есть? Беру почесывает плешь: — Надо глянуть в архиве, а он в коробках в подвале. Но я храню все. Если крысы не съели, где-то он должен лежать. — Полиция так и не искала Хавьера? — Нет. Она умерла от наркоты, чего возиться? Пара лопат земли – и дело с концом. То есть не земли, а льда. Ее не похоронили, а положили в холодильник. Ты же в курсе темы с криоконсервацией? Отец Аннабель был пионером. — Ты про «Vault»? — В те времена он так не назывался, это был всего лишь эксперимент. После Жака Буше его развили Мартинесы. Меня бы устроили обычные похороны. Темный гроб и повозка, запряженная лошадьми. И оркестр. А тебя? — Предпочитаю смерть в сиянии славы… По-твоему, Хавьер готовился свалить? — В доме не осталось ни одной его вещи, ни грамма наркоты. Иначе полиция бы за него взялась. А так – подумаешь, девчонка со шприцем. |