Книга Убить буржуев, страница 135 – Сандроне Дациери

— Я начал изучать тебя после того, как увидел на поминках Кристины. Я очень быстро разбираюсь в людях и сразу настраиваюсь на их частоту. Но в твоем случае я фиксировал только помехи. Ты не похож на… – Танкреди указывает на группу на пляже, – одного из них.

Они. Социопат и нарцисс с комплексом превосходства и иллюзией всемогущества. Данте решает придерживаться этого направления. Он должен понять.

— А ты – да. Причем чересчур.

— Если говорить как они и вести себя как они, они принимают тебя за своего. Это легко, тебе стоит попробовать.

— С чего ты взял, что я хочу стать одним из них? – Притворяясь, что перечит ему, Данте на самом деле провоцирует его на откровенность. – И для меня это не так легко, как для тебя.

— Не думай, что это так уж легко. В молодости мир был для меня супермаркетом, где я ни за что не платил. Но потом это стало работой. – Танкреди выдает улыбку, которую видели немногие. Улыбку, которой он обязан скальпелю, не оставившему от обезображенного парнишки и следа. – Мне пришлось выкопать много ям и трахнуть много шлюх, чтобы стать тем, кто я сейчас. Но теперь мне больше не нужно это делать. Я не более опасен, чем любой другой миллиардер на Земле. – Солитер наклоняется к нему и дружески похлопывает его по колену. Данте с трудом удерживается от того, чтобы снова не вскочить. – Вот почему ты должен был оставить меня в покое.

«Солитер по-своему пытается договориться», – думает Данте.

— В обмен на что?

— На то же, что я даю всем остальным, кто на моей стороне. Экономическое благополучие, защита. Даже этому кретину Корнеа я давал информацию о кругах, о которых он мог только мечтать. Разумеется, потом мне пришлось его убить, чтобы он меня не выдал. Он считал меня архитектором олигарха.

— Почему же ты не предложил экономическое благополучие Веронике, вместо того чтобы сбросить ее в Тибр?

— Потому что она была наркоманкой. На наркоманов нельзя положиться. Узнав меня в аэропорту, она съехала с катушек. Я успокоил ее, мы весело провели вечер. Я угостил ее коксом, мы снова подружились. Но этот идиот стюард видел, как мы ссорились, а потом она сделала странный звонок Хесусу. Мне пришлось уладить ситуацию, которая начала выходить из-под контроля. Я не мог этого допустить.

— Только из-за звонка Хесусу…

— Звонку он не придал никакого значения. Он рассказал мне, что она звонила, и мы посмеялись. Но после того как я убил Веронику… Хес стал подумывать, что я превращаюсь в проблему.

Данте не может разгадать этого человека. Правда или ложь?

— Хесус знал, кто ты?

— Конечно. Он узнал меня, когда мы встретились на моей свадьбе. Лицо я изменил, но он был единственным из той кучки слабоумных недохудожников, кто меня действительно интересовал. Он был знаменитым футболистом, и мне показалось полезным завести такого друга. Когда ему было что-нибудь нужно, я ему это доставал.

— Почему он не сдал тебя полиции, когда увидел снова?

Танкреди поднимает брови:

— Что за странный вопрос? Сразу видно, что ты так и не приспособился к жизни во внешнем мире. С чего бы ему?

— Потому что ты убил Аннабель.

— Грехи молодости, и я не был его врагом. Скорее, то, что он знал, кто я, давало ему надо мной преимущество. Я был практически вынужден помочь ему с «Эоном», но после смерти южноафриканца он прислушался к моим советам сделать из «Эона» что-то толковое.