Книга Убить буржуев, страница 63 – Сандроне Дациери

Конечно, он не любит летать, но тогда почему у нее такой извиняющийся тон? Этот тон вызвал у него непреодолимое желание посетить поминки, чего при обычных обстоятельствах он не сделал бы ни под какими угрозами. Данте пустился в дорогу и преодолел блокпост карабинеров благодаря отмашке полковника, которому дал консультацию по поводу пропавшего ребенка. А вот добраться до полицейского кордона, оставив машину в паре километров от особняка, оказалось задачей потруднее. Посреди улицы устроили сидячую забастовку и протестные шествия не менее трех тысяч демонстрантов из самых разных организаций, от «Последнего поколения» (хотя ту самую девушку среди них не видно) до профсоюзов фабрик группы Ринальди, возмущенных сокращениями персонала, которые несут надувную куклу, похожую на мистера Алюминия. Время от времени раздаются лозунги против богачей или против полиции, из динамиков гремит рэп.

Карабинер, экипированный для борьбы с уличными беспорядками, проверяет у него документы и проводит его через большие бронзовые ворота и первые пропускные пункты. Попав в резиденцию, Данте приводит себя в порядок. Чтобы протиснуться сквозь толпу демонстрантов, не будучи принятым за врага, он снял пиджак и расстегнул рубашку. Теперь он снова застегивается и повязывает черный галстук: в темных очках, несмотря на вечернее время, он может сойти как за на редкость субтильного сотрудника службы безопасности, так и за дублера Марчелло Мастроянни из фильма «Восемь с половиной».

Данте останавливается у длинного стола с хостес у автоматического шлагбаума, перегораживающего проход в центральную зону. Дальше у него доступа нет: внутри силы правопорядка не распоряжаются, а его имени нет в списке приглашенных. Ему остается только стоять рядом с шоферами и телохранителями – маленькой армией в темных костюмах и при галстуках, – пока по другую сторону шлагбаума фланируют высокопоставленные гости, облаченные в различные оттенки черного.

Он изучает систему доступа на закрытую территорию: каждому приглашенному выдают браслет, по-видимому своего рода транспондер для открытия шлагбаума. Все это столпотворение его нервирует, и он садится под дерево, чтобы замедлить дыхание, представляя себе девственные горы и необитаемые островки. Затем, подождав, пока температура внутреннего термометра не опустится до приемлемой отметки, снимает перчатку с больной руки, подходит к столу хостес и сует ее ей под нос.

— Извините, мне нужно проехать на грузовике. Мне куда?

Люди, которые неожиданно видят его больную руку, неизменно отводят взгляд, и хостес не исключение.

— На каком грузовике?

Данте быстро засовывает браслет в рукав.

— А, нет, извините, мне нужен другой въезд.

Он отходит, выжидает минут десять, чтобы пульс вернулся в норму, а затем проходит внутрь с помощью транспондера, прибившись к какой-то пожилой паре. Никакая сирена не взвывает, и вот он уже на самой грустной и эксклюзивной вечеринке года. С довольной ухмылкой подойдя к первому ряду столиков, он хватает бокал шампанского, опрокидывает его залпом и сразу же отправляет вслед за ним второй. Им он запивает успокоительное и в надежде, что таблетка скоро подействует, выкуривает сигарету.

Когда вокруг слишком много людей, Данте невольно представляет, как толпа сжимает его в удушающие смертельные тиски. Он боится, что какое-нибудь происшествие вызовет панику, все бросятся бежать, подобно буйволам, и затопчут его до смерти. Зря он сюда приехал, теперь он слетит с катушек на глазах у всех.