Книга Измена. Я не буду с тобой, страница 31 – Нионилла Ржевская, Ева Соколовская

— Иди! Вали к своей бледной моли! — орет она мне в спину, пока я иду к двери. — Ты думаешь, она тебя простит? Да она тебя презирает! Ты для нее теперь грязь под ногтями! Ты останешься один, слышишь? Один в своей пустой квартире!

Выхожу в подъезд и закрываю дверь.

Ее крики еще слышны через дерево, но я уже не слушаю. Спускаюсь по лестнице, и каждый шаг дается с трудом, будто у меня гири на ногах.

На улице все так же сыро. Сажусь в машину, но не завожу.

Достаю телефон.

Открываю переписку с Мартой. Последнее сообщение от нее — холодное, техническое: “Документы у адвоката”.

Начинаю писать.

— Марта, я все закончил. С Кристиной все. Я знаю, что это ничего не меняет. Но я просто хотел, чтобы ты знала. Я был дураком. Я люблю тебя.

Стираю. Пишу заново.

— Прости меня. Я все осознал, но поздно. Я съезжаю на другую квартиру, чтобы тебе не мешать. Если что-то нужно — звони.

Опять стираю. В итоге пишу просто:

— Я порвал с ней. Навсегда. Прости, если сможешь.

Отправляю.

Сообщение висит непрочитанным. И я знаю, что оно может висеть так вечно. Она имеет полное право заблокировать меня, послать, забыть.

Завожу мотор и еду.

Всю дорогу думаю о том, как мы прожили эти годы.

Что я сделал?

Я променял эти восемь лет на три месяца дешевого азарта. На переписки в туалете, на ложь, на вечное чувство вины, которое я глушил алкоголем и сексом. Думал, что я крутой, что я живу на полную катушку. А на самом деле просто разрушал все, что мы строили по кирпичику.

Кристина права в одном… Я трус. Боялся признаться себе, что мне скучно. Боялся поговорить с Мартой. Проще же было найти кого-то на стороне, кто будет восхищаться тобой просто так, без обязательств.

Подъезжаю к нашему дому.

Смотрю на окна.

В нашей спальне темно.

Не иду домой. Не могу. Разворачиваюсь и еду в офис.

Там на диване в кабинете перекантуюсь.

В офисе тихо.

Достаю телефон.

Сообщение прочитано, две синие галочки.

Ответа нет.

Откидываю телефон на стол.

— Ну что, Стас, — говорю в пустоту кабинета. — Поздравляю. Ты победил. Ты свободен.

И в этот момент понимаю, что свобода — это самая страшная вещь на свете, когда тебе не к кому возвращаться.

Под утро все-таки проваливаюсь в какой-то тяжелый, рваный сон. Мне снится, что я стою в аэропорту, а Марта уходит. Пытаюсь ее догнать, кричу, но голоса нет. А она оборачивается, и у нее вместо лица белое пятно.

Просыпаюсь от собственного крика.

Надо вставать, что-то делать, как-то жить дальше.

Идти к адвокату, делить квартиру, машину, ложки-вилки. Делить жизнь, которую мы считали общей.

Подхожу к окну.

Внизу, на парковке уже стоят машины.

Люди идут на работу.

Обычное утро.

Беру телефон и вижу новое сообщение от матери.

Сажусь за стол, обхватываю голову руками.

Вот и итог.

Ни жены, ни любовницы, ни поддержки.

Только пустой кабинет и осознание того, какой же я на самом деле мелкий и пустой человек.

Открываю ноутбук.

Надо работать. Надо делать вид, что ничего не произошло. Это я умею лучше всего.

Но рука тянется к телефону.

Снова открываю наше последнее фото с Мартой. Мы там такие счастливые, на фоне какого-то собора. Она смеется, я ее приобнимаю.

Удаляю это фото.

Потому что смотреть на него невыносимо.

Потому что того Стаса больше нет.

А этот, новый, мне самому совсем не нравится.