Книга Взрывная истинная для декана. Академия Лоренхейта, страница 52 – Алена Шашкова

Это было шоком для отца и для мамы. Но факт в том, что если для драконов после этого выбора нет, то женщина может выбрать, с кем ей быть.

Мама выбрала семью и папу. Но дракон не оставлял попыток, преследовал, и когда родилась я, слухов было очень много.

Папа всегда меня любил и верил маме, а вот общество… Возможно, потому однажды ее сердце не выдержало. Но Джуна знает, что я не переношу, когда начинают оскорблять маму, и что можно бить по больному.

— Франциска, — голос магистра Курт выводит меня из размышлений, — позаботься о Джуне. Алисия, ты со мной.

Дежурная подскакивает с места и открывает перевязочную, ожидая, когда Джуна пойдет к ней. Но сестра возмущенно чуть ли не топает ногой, удерживается в последний момент:

— У меня глубокие раны! Они могут загноиться, — лопочет она. — Профессор… Как же я буду делать…

— Думаю, заживляющие зелья, которыми вам обработает раны Франциска, полностью излечат вас, — серьезно, делая вид, что очень озабочен, говорит Вальгерд. — И вы сможете завтра прийти и показать мне все, что собирались показать.

Он говорит это так, что даже сама Джуна краснеет, поэтому кивает и почти сбегает в перевязочную. А магистр Курт ведет меня совсем в другую палату, я там ни разу не была. Но поговаривали, что там лечили только самые тяжелые случаи.

Открыв белоснежную дверь, она впускает меня, а потом и Вальгерда внутрь. В палате на стеллажах расположены всякие-разные артефакты, трубочки, колбочки, пузыречки. А в центре стоит один-единственный стул, над которым висит прямо в воздухе кольцо.

— Если бы я не видел сам, я бы сомневался, — произносит Вальгерд. — Но раскромсанная в щепки скамейка — это очевидная улика. Возможно, потоки идут как-то неправильно, поэтому мы их не чувствуем?

Я краем глаза замечаю, что за окном, на фоне серо-сизого неба парит Ори. Значит, тоже решил обо мне побеспокоиться? С чего бы?

— Я не знаю, что нужно сделать с потоками, чтобы я их не чувствовала, Эльмар, — напряженно говорит магистр Курт. — Но проверить мы должны, ты прав.

Значит, его зовут Эльмар? Надо же… Ловлю себя на мысли, что первый раз слышу его имя. Эльмар…

— Раздевайся, Алисия, — кидает мне магистр, а я столбенею. — Нам ничего не должно мешать.

Как? Прямо… Так? Перед Вальгердом? Ловлю на себе его взгляд, и в этот раз он кажется уже не просто цвета кофе, а темнее безлунной ночи. А еще в нем мелькает что-то, что заставляет меня вспыхнуть и отвести глаза.

— Эльмар, поставь, пожалуйста, ширму перед стулом, — так же спокойно-профессионально говорит Курт, не замечая то, что в комнате стало словно на несколько градусов жарче. — Алисия, давай быстрее.

Вальгерд проходит вглубь комнаты и достает ширму, раздвигая ее там, где сказала Курт. Я ныряю за нее под пристальным взглядом куратора и стаскиваю с себя пиджак, блузку и юбку, оставшись лишь в нижнем белье. Он же не может видеть сквозь плотный материал ширмы? Я боюсь этого или… хочу? Ярхаш, о чем я думаю?!

— Из волос все лишнее тоже вытащи и садись на стул, — командует магистр Курт. — Закрой глаза и не пугайся. Ты почувствуешь тепло, но это максимум. И то, если только у тебя магия вернулась, а мы ее не заметили.

Я делаю, как она сказала, и нервно впиваюсь пальцами в отполированное сидение стула.

Кажется, что-то где-то щелкает, но в остальном — ничего не происходит. И я совершенно точно не ощущаю ни боли, ни даже тепла. То есть… Все же магии во мне нет? Тогда что это было?