Книга (Не) достойная дракона. Академия Лоренхейта, страница 148 – Алена Шашкова

Мгновение за мгновением я обретаю не только прошлое, я заново обретаю маму. И себя.

А потом я возвращаюсь в академию. С легким сердцем.

Мне не спится. Лисса еще с утра меня предупредила, что придет поздно (но, надо сказать, что она никогда не ночует у своих приятелей), поэтому хоть часы на ректорской башне и показывают больше полуночи, я в комнате все еще одна.

Кручусь то в одну сторону, то в другую. В голове мельтешат мысли, и никак не могу успокоить их. Иридан ворчит из-за того, что я мешаю ему спать, а потом подает хорошую идею: лучший способ нагнать сонливости — вымотать себя.

И сейчас я радуюсь, что не на боевом факультете — у них в жилом корпусе есть комендантский час. У нас, конечно, тоже не особо любят, когда по ночам слоняются, но не запирают и не наказывают.

Поэтому я переодеваюсь в тренировочное и тихо выскальзываю из комнаты в общую гостиную.

Но, как выясняется, я зря переживаю: гостиная не спит. Настолько оживленной я никогда ее не видела. Девушки суетятся со своими нарядами, украшениями и масками. Кто-то что-то доделывает, кто-то пытается использовать бытовую магию, а кто-то уже начал делать прически.

А я еще переживаю, что мне не спится.

Освещение в тренировочном зале зажигается сразу же, как только я открываю дверь, мысленно благодаря, что Филис когда-то выпросил доступ и мне. Перекладываю дремлющего синего Ири на скамейку, а сама немного разогреваюсь с парой кинжалов, как показывал Адреас.

Пара взмахов. Поворот. Выпад.

А потом я решаю, что мне этого мало. И подключаю то, чему меня научил Джонс: я создаю иллюзию противника, концентрируясь на пустом пространстве передо мной. Воздух сгущается, темнеет, и через мгновение передо мной возникает высокая фигура в темном плаще с капюшоном.

Прелесть иллюзии монархов Айкидонии — полная осязаемость. Если я получу ранение от моего иллюзорного противника, боль будет совершенно настоящей, но самой раны не будет. Действенно.

Когда-то это сильно дезориентировало противников в бою, поэтому эту магию считали уникальной и очень ценной.

Фигура срывается с места без предупреждения. Я едва успеваю уйти перекатом в сторону, чувствуя, как лезвие со свистом рассекает воздух там, где только что была моя голова.

Это то, что мне нужно. Вымотаться.

Выпад, разворот, удар ногой. Я уклоняюсь, блокирую, атакую в ответ. Не очень ловко, возможно, слишком медленно. Но что можно хотеть от вчерашней подавальщицы?

Мой кинжал проходит сквозь плечо фигуры, но ощущает сопротивление, словно я разрезаю плотную ткань. Пропускаю удар, который выбивает воздух из легких. Больно. Падаю на колени. Снова перекат.

Иллюзорный противник заносит клинок для рубящего удара сверху, и тут дверь тренировочного зала с грохотом врезается в стену, словно ее выбили тараном.

— Ярика, в сторону! — рычит разъяренный Адреас, врываясь внутрь.

С его рук срывается ослепительно-яркое боевое плетение, которое отбрасывает моего иллюзорного противника к стене. Следом на него налетает и сам Филис. Завязывается короткая драка, в результате которой блондин прижимает мою иллюзию к полу.

— Кто ты и кто тебя нанял? — сталью звенит голос Филиса.

«Ну и ненормальный у тебя защитник», — ворчливо замечает Ири со скамейки.

Адреас кидает на него странный взгляд, словно услышал, а я наконец-то прихожу в себя и развеиваю иллюзию. Филис оказывается на полу и резко оборачивается, окидывая меня безумным взглядом.