Книга Право на счастье, страница 15 – Теона Рэй

Через пять домов от моего жила бабка Уля – подруга Герды. Она уже тогда была очень старой, а теперь, наверное, и вовсе покинула этот мир. Но я все же обязательно к ней схожу, проведаю и, если бабка жива, попрошу о помощи. Уля меня любила даже больше, чем Герда, уж она-то мне точно в помощи не откажет.

Многих я, конечно, не знала и тогда, когда жила в Отшельниках. Все мое общение с местным населением ограничивалось Гердой, она позволила мне общаться только с Дарией, и то строго-настрого запретила говорить ей правду о том, кто я такая. Время от времени я все же сбегала из дома, носилась по лесу, ходила в гости к Дарии, плескалась в реке, пока на горизонте не появлялась банда мальчишек, главным в которой был Зафар.

При воспоминании о том, как в меня первый раз прилетел мелкий камень, брошенный его рукой, свело зубы. Захотелось отказать ему в помощи или испортить лекарство, но ни того ни другого я не сделаю. Нам нужны продукты, и совсем неважно, кто и за что их принесет. Заработать в этой деревне я могла только целительством и очень надеялась, что людям лечение все еще нужно, как и раньше.

Солнце поднялось еще выше. Стрелка стареньких настенных часов показывала семь утра, и я все же разбудила дочку. Сонная Вероника молча умылась, забралась на стул и подвинула к себе тарелку с уже остывшим картофелем. Дочь привыкла питаться сытно, и я ожидала, что вареные овощи на завтрак ей не придутся по вкусу, но она съела их, пусть и без удовольствия. Каким бы плохим и невнимательным ни был Савар, но денег на продукты давал всегда, хотя бы потому, что сам любил поесть вкусно и много.

— Мне скучно, – вздохнула Вероника, запивая завтрак водой. – Можно мне погулять по деревне, может, встречу других детей?

Тарелки я не стала мыть слишком тщательно, чтобы сэкономить воду, только чуть-чуть сполоснула и поставила в шкаф.

— Сегодня у нас с тобой экскурсионная программа по лесу, – порадовала я ребенка. – Нужно собрать кое-какие травы, а ты мне поможешь. Согласна? Потом сходим за водой и немного уберем дом.

Вероника улыбнулась. В лесу она никогда еще не была, не считая того, что вчера мы проезжали через него.

Поход в лес все же ненадолго пришлось отложить. Я помогала дочери одеться, когда через окно увидела спешившую к нашему дому соседку. Женщина едва ли не бежала, а за ней торопился тощий мальчишка лет восьми. В какой-то момент ребенок споткнулся о травяную кочку и грохнулся плашмя, получил за это подзатыльник широкой ладошкой и был отправлен домой.

Грузная соседка, имени которой я не помнила, в отличие от лица, ничуть не изменившегося за восемь лет, с разбегу запрыгнула на крыльцо, едва его не проломив.

— Аленка, выросла-то как! – В восхищении женщина распростерла руки мне навстречу, а заметив, что я не проявляю никакой радости от ее появления, воскликнула: – Ну, тетя Клара же, ну! Забыла уже, что ль?

Я ловко увернулась от ее руки, когда она попыталась схватить меня за щеку, как в детстве, и улыбнулась. Клара, точно. И как могла забыть?

— Я так понимаю, уже вся деревня в курсе моего возвращения?

— Еще не вся. – Клара отпихнула меня тяжелой рукой и вошла в дом. Ей не нужно было приглашение, она вообще не понимала, зачем к соседям в дома стучать, прежде чем войти. – Но я-то как услышала, сразу и побежала. Ох, Аленка! Помню тебя вот такусенькой, маленькой, худющей, а сейчас ты погляди-ка! Волосищи… Где волосищи-то? Подстриглась?