Книга Право на счастье, страница 33 – Теона Рэй

— Я знаю! – заорал он в ответ.

Дверь за моей спиной захлопнулась. Клара явно переживала, что в дом ворвутся обезумевшие пчелы, поэтому решила пожертвовать не своей оравой детей, а мной. Я уже собиралась вернуться к себе, но вовремя вспомнила, что обещала зайти к Уле. Ну а пока Роберт занят борьбой с пчелами, мне будет менее неловко говорить со старушкой.

Гаскон встретил меня с хохотом. Он задыхался от смеха, пока пытался рассказать, как вообще получилось так, что Роберта облюбовали насекомые. Из той части слов, что я смогла разобрать, выяснилось: новенький оказался любителем утренней зарядки. Мол, для здоровья полезны пробежки, а горный чистый воздух отлично укрепляет иммунитет и дарит энергию на целый день. Мужчина нацепил штаны, мягкие тапки, а рубашку надевать не стал – чтобы подзагореть, пока солнце не слишком активное.

Воодушевленный чудесным утром Роберт выбежал за ворота, где в этот момент как раз сражались Бард и рой пчел. Бард бы справился, если бы не внезапно выскочивший из-за угла Роберт. Горе-пчеловод махнул ему рукой в ответ на приветствие, пчелиная королева выпорхнула из бутылочки и повела рой подальше от места, где пришлось бы работать на благо человека.

— А теперь, извини, я должен помочь Барду. Он не взял с собой ни лестницу, ни воду, чтобы опрыскать пчел. – Гаскон отдал мне еще непочатый пузырек с отваром. – Дай лекарство бабушке, я не успел.

Уля не спала, но сегодня лежала на кровати, только уже в первой комнате. Как Гаскон дважды в день укладывает бабульку на кровать, переодевает и вновь пересаживает в кресло, я и представить не могла, но точно знала, что тринадцатилетнему ребенку это дается с трудом. Гаскон сильный мальчик, и слава всем богам, что у него теперь появился помощник… Правда, этому помощницу пока самому помощь требуется.

Пока я, приложив все усилия, переодела старушку, пересадила с кровати в кресло, лицо и шею обтерла влажной тряпкой, прошло не меньше часа. Уже когда поила Улю отваром из ложечки, вернулся Роберт.

Если бы вчера я встретила его в таком виде, то от страха сиганула бы в кусты. Мокрый, в волосах запутались какие-то противные склизкие водоросли, со штанов вода текла прямо на пол, образовывая лужу. По всему телу вздулись волдыри, некогда красивое лицо заплыло, и глаз, в которых мне вчера хотелось утонуть, теперь не было видно. Вместо них на опухшем лице красовались две щелочки.

— Не успел? – выдохнула я с сожалением.

— Успел, – зло ответил Роберт. – Но поздно. Эти гадкие насекомые отстали, только вот это, – мужчина указал на свое раздутое лицо не менее раздутым пальцем, – появилось чуть раньше, чем я нырнул в реку.

Уля издала слабый вздох, и мы оба повернулись к ней. Старушка промокнула увлажнившиеся глаза кончиком шали, морщинистые губы дрогнули в улыбке. Ну или мне показалось, хотя я сама еле сдерживала смех. Пчелиные укусы опасны, и в таком виде Роберт может проходить не один день, но я уже заканчивала поить отваром Улю и собиралась идти в лес. Приготовить мазь – дело нехитрое и недолгое, и с ее помощью уже завтра опухоль спадет, останется лишь краснота.

— Я, конечно, ни на что не надеюсь, – заговорил Роберт, – но нет ли в Отшельниках аптеки?

— Аптеки точно нет, но есть я. Я вам помогу, приду вечером.