Книга Сказание о Сы Мин. Книга 2, страница 74 – Цзюлу Фэйсян

— Кажется, когда я была Эр Шэн, моя любовь к тебе была необычайно глубока. Видишь ли, я забыла тебя, но в миг, когда вновь увидела, все слова, записанные в Книге Судеб, превратились в видения. Я отбросила все вокруг и лишь жаждала тебя рядом… – Произнесенное рассмешило ее. – Как я могла остаться той же голодной до красоты ^[52] Звездной владычицей Сы Мин, которая желала благосклонности Небесного императора?

Чан Юань, замерев, переспросил:

— Забыла меня?

Взгляд Сы Мин потускнел.

— Кстати об этом…

Не успела она договорить, как раздался грохот. Глаза ее метнулись вверх, и она заглянула за спину Чан Юаня. Постепенно разваливавшиеся руины Десяти Тысяч Небес, к ее изумлению, вдруг замерли. Тьма, что разлетелась на куски, подобно разбитому фарфору, вновь застилала небо. Мужчина невольно прижал поближе застывшую возлюбленную. Его золотистые глаза пронзили тьму за ними, и он нахмурился.

— Кто-то восстанавливает печать.

Сы Мин испуганно воскликнула:

— Кто сможет восстановить разрушенный барьер между Небесами и Землей?! – В голове ее мелькнула догадка, и лицо тут же исказилось. – Кровавое жертвоприношение?

Восстановить печать можно было лишь принесением в жертву чьей-то жизни.

Чан Юань кивнул, переведя взгляд на Сы Мин. После долгих размышлений он нерешительно спросил:

— Ты здесь, чтобы спасти меня?

— А зачем еще?

Мужчина слегка поджал губы, но был явно доволен.

— Тогда уходим отсюда.

От его тела разошлась золотая вспышка, и он снова превратился в дракона. Сы Мин села меж его рогов, и вместе они скрылись от неминуемо надвигающейся тьмы.

Сы Мин не знала, что в момент, когда она сняла печать с руин Десяти Тысяч Небес, пустынный город Бесконечности тоже начал разрушаться. С исчезновением печати барьеру за пределами города больше не на чем было держаться, и над запретными землями Затерянной горы возникли городские ворота. Не знавшие о сокрытой в местном озере тайне ученики были в ужасе.

Ню Юань распахнула ворота настежь, выпуская всех, однако некоторые из преступников, кто провел большую часть жизни в пустынном городе, ужаснулись при виде внешнего мира и вернулись обратно. Одни сбежали, едва не сходя с ума от счастья, другие же, исполненные печали, остались, но более ни те, ни другие не волновали женщину. Она приподняла рукав одежд кончиками пальцев, что обращались в песок. Сила печати, лежавшей на городе с древних времен, стремительно исчезала, и Ню Юань ощущала ее разрушительную силу яснее, чем кто-либо другой.

Но было в этом и что-то хорошее. По крайней мере, она сможет вернуться в круг перерождений, забыв об этой жизни. После сотен лет, в которые она не жила, но и не умирала, Ню Юань была истощена и по горло сыта ненавистью.

Кто-то покинул город, а кто-то остался – каждый погрузился в свои мысли. Взмахнув своими широкими рукавами, Ню Юань направилась к себе в покои, где стояло надгробие до сих пор не похороненной паре. На алом камне когда-то были слова, но имена, которые выводились здесь изо дня в день, давно стали нечитаемы.

— Чан Ань и А-У. – После стольких лет оказалось, что она уже давно все отпустила. – Чан Ань и А-У наконец-то канули в небытие.

В ее привычном ледяном голосе отчетливо звучала улыбка.

Сила формации быстро угасала, и вскоре Ню Юань уже не могла сидеть прямо. Она прислонилась к алому могильному камню и медленно закрыла глаза, но с внезапным грохотом ци, которая покидала тело, вернулась. Опешившую правительницу осенила внезапная мысль, от которой она вся побелела. Собрав остатки сил, женщина ринулась к городским воротам.