Онлайн книга «Льдина и Скряга»
|
Господин Кальт, укутав меня от пят и до макушки в покрывало, уже перетащил меня в свою квартиру над лавкой. Лавка была через дорогу от мастерской, и начальник перебегал улицу со мной на руках, оглядывая настороженным взглядом пустые ночные улицы, как какой-нибудь домушник. Или нерадивый подросток, загулявший втайне от родителей. Я сидела с кружкой чая в руках, все в том же покрывале и в кольце его рук. Мужчина с улыбкой мурлыкал какую-то песенку мне в макушку и его явно ничего не терзало. А я молчала. Не то чтобы мне совсем нечего было сказать или спросить, но на меня напало какое-то приятное отупение. И так не хотелось его разрушать… — Как прошел мастер-класс, Льдинка? Расскажи? - ласково прошептал начальник. ВОТ ЧЕРТ! * * * Господин Кальт присматривался к Льдинке уже давно. Почти с самого начала, если быть точнее. Что именно ему в ней понравилось? Он бы и сам, пожалуй, точного ответа не дал. Да, она была хорошенькой. Но мало ли хорошеньких юных леди на свете? А потрясающе красивых? Не каждая вторая, конечно, но достаточно. Да, она была не глупой. Но большинство женщин не глупые, если отбросить наносное кокетство, суть которого зачастую в том, чтобы казаться милой дурочкой, которая пропадет без заботы умного и сильного мужчины. А сколько по-настоящему умных? В окружении господина Кальта вполне достаточно, по крайней мере. Она была довольно искренней и это, безусловно, подкупало. Но большинство близких существ мужчины были искренними - это качество его отнюдь не могло поразить. Когда он думал о том, что ему в ней нравится, то вспоминал, как ее светлые длинные и не очень густые волосы облепливают, словно паутина, плечи в почти бессменном (весь гардероб что ли только из них и состоял?) тонком свободно струящимся сером платье без всяких украшений, почему-то идеально подчеркивающим ее простую не менее тонкую красоту. Как блестят прозрачные глаза, когда ее искренне благодарят за хорошо проведенный урок. Как она в раздражении раздувает ноздри, когда он называет ее Льдинка. Как она иногда, задумываясь о чем-то, хватается за голову, путая пальцы в волосах, и ошарашено смотрит в пустоту, порой очень долго, и настолько это нелепо смотрится, что окружающие порой начинают ошарашено смотреть на нее, а она даже не замечает. И да: как тонкая ткань подчеркивает мягкость груди; как язычок быстро облизывает порой обветренные губы; как красиво выглядит ее светлая шея, когда она собирает волосы вверх, … Да много чего вспоминал! Просто она ему понравилась. Как-то так случилось, и искать причину, на самом-то деле, было пустой тратой времени. Но Льдинка была льдинкой. Юная, совсем не умеющая скрыть свой интерес к нему, тем не менее отсекала любое поползновение в ее сторону. Мастерски не замечала заигрываний и ухаживаний, сводила все к шутке и сама же из-за этого ворчала и грустила. Он мог бы надавить, мог - видят Боги, ему бы хватило жизненного опыта провернуть все так, что они уже давно были бы вместе. Но господин Кальт хотел быть уверен в том, что он ей нравится не меньше, чем нравится она ему. Он хотел шага навстречу, чтобы быть уверенным и потому что это просто приятно - знать, что ради тебя можно и задавить неуверенность, страхи, пойти на встречу, рискнуть. Пусть даже и от отчаяния, с мыслями о скором увольнении. В конце концов она еще действительно довольно молода… |