Книга Невольная истинная 2, страница 68 – Юлия Пульс, Диана Билык

Тишина зашелестела отчаянием, развернула над стеной черные крылья беды.

Норвен, сделав выпад к пленнику, пробил острием ледяного магического посоха грудную клетку Нэйда. Острие, окрашенное в свежую кровь, сверкнуло в лучах миасса ослепляющей звездой.

Друг осел, посмотрел на меня в последний раз и замертво упал.

— Думал, я снова куплюсь на твои фокусы, паршивец?! Живи теперь с этим, щенок! — Торн смотрел на меня с высоты стены с усмешкой. В его глазах горел тот самый торжествующий лед, что я помнил с детства — каждый раз, когда он меня избивал, заставлял ползать на коленях, выбивал из меня волю…

Мир рухнул. Не постепенно, не с грохотом обвала. Он просто исчез, оставив вместо себя выжженную пустоту.

Ноги сами понесли меня вперед, и за спиной взревел огонь моего отряда — драконы рванули ввысь. Время раскололось на осколки. Кровь Нэйда расползалась по серому камню, и эта лужа казалась чернее бездны.

Мой голос — севший, хриплый, искаженный яростью, вырвался из горла:

— Конец тебе, Торн!

Я развел руки в стороны, и земля под моими ногами пошла трещинами. Тьма, что долго копилась внутри, вырвалась наружу — сила четырех стихий, демоническое темное марево.

Заискрило все пространство: я выпускал из глубин застенья тварей пострашнее драконов.

Почва провалилась в магический развал, утягивая за собой мертвые тела, друга и разведчика, и обрушивая каменную стену.

Торн с Норвеном успели перевоплотиться в драконов, отступить и направить на меня свою армию, но их ждал еще один мой фокус!

Настоящий я в облике зверя нес на себе настоящую Мериди и с воздуха командовал полчищем демонов, что вырвалось из разлома подземелья Белого замка и сходу смешалось с теми тварями, которые выбрались из моего нового провала.

Все вокруг вспыхнуло пламенем застенья. Эхилы, низшие демоны, жгли лавовыми плетьми. Берины, чьи горбы светились магическим огнем, превращали остатки стены в пепел. А шиги, что превосходили драконов в размерах, взметнули смертоносные жала.

— Обещаю, что демоны убьют только двоих! — закричал двойник, указывая на трусливо спрятавшихся за спинами солдат альенов. Я обращался к воинам Торна: — Подчинитесь своему новому герцогу, мне, и будете жить!

Истинный я взревел в облике дракона, очерчивая границу Дренера фиолетовым пламенем. Оно взметнулось стеной, отрезая путь к отступлению и одновременно предлагая выбор: смерть или верность.

Воздух дрожал от магии, земля стонала под натиском сил, вырвавшихся на свободу. Я стоял посреди этого хаоса, чувствуя, как внутри бушует буря из боли и гнева.

Драконы Фолкнера отступили, выдав демоническому войску Торна и Норвена.

Эхилы и берины вмиг набросились на живую плоть.

О, Эстиер, с каким же наслаждением я наблюдал, как твари застенья рвут этих двух мразей на мелкие кусочки! Жгут мерзких альенов, раздирают на части и жрут, жрут, жрут…

А когда от врагов и клочка не осталось, двойник поднял победоносный, но печальный взгляд на меня, летящего в небе вместе с Мериди, и испарился.

Когда все закончилось, я с трудом разжала руки, что намертво вцепились в ремни.

Смотреть, как демоны сжирают мужа, фактически освобождая меня от его гнета и вечного плена, я не стала, спрятала лицо на загривке Адри.

Но смерть Нэйда случилась внезапно и теперь стояла перед глазами.