Книга Вдова-аптекарь. Яд для драконьего генерала, страница 19 – Ангелина Сантос

— Где нашли склянку Лорена? — спросила Мара.

Ивар указал на прикроватный столик.

— Под книгой.

— Пробка была рядом?

— В горлышке.

— Капитан мог положить её сам?

— Мог. Сознание он сохранял до последнего приступа.

Она осмотрела столик. На дереве остался круг от мокрого стакана и узкая царапина. Под кроватью лежала пробка от винной бутылки. Мара опустилась на колено, посветила лампой дальше.

— Здесь ещё стекло.

Ивар принёс щипцы, но она остановила его.

— Чистые.

Он взял из её футляра другую пару. Из-под кровати достали маленький прозрачный флакон без этикетки. Горлышко было закрыто серой пробкой, по краю которой сохранился синий воск.

— Второй препарат? — спросила Лея.

— Или тот, который действительно пил капитан, — ответила Мара.

Она понюхала воздух над флаконом, не открывая.

— Запаха почти нет.

— На пробке гильдейская пломба? — спросил я.

— Синий воск используют цеховые инспекторы и несколько лабораторий. Нужен рисунок печати, но край смазан.

Лея упаковала флакон.

— В ночном протоколе его нет.

— Под кровать не заглянули, — сказал Ивар.

— Потому что генерал торопился начать обыск аптеки.

Я положил мундир на стул.

— Можете добавить третий лист.

— Уже.

Мара подошла к столу с лекарствами. Среди пустых ампул были камфара, укрепляющая настойка и Огненная соль. На последней этикетке стояло 47-Б.

— Вот связь, — сказал Ивар.

— Один флакон ещё не доказывает, что вся партия заражена, — ответила Мара.

— Но капитан и генерал получали одну партию.

— Да. Теперь нужно узнать, кто ещё.

Ивар достал из папки список выдачи. Я видел, как он пробегает строки пальцем.

— Семнадцать офицеров и сорок три нижних чина. Часть в Кайрском лазарете, часть вернулась в подразделения.

— Немедленно прекратить использование, — сказал я. — Изъять флаконы, людей обследовать.

Мара повернулась ко мне.

— Если объявите яд во всей партии без подтверждения, тот, кто убрал контрольный образец, узнает предел наших сведений.

— Я не стану оставлять препарат у шестидесяти человек.

— Препарат изымите как бракованный. О причине сообщите только врачам, которые будут искать признаки.

— Военные приказы не пишут загадками.

— Напишите: «отклонение от утверждённого состава». Это правда.

Ивар уже раскрыл блокнот.

— Подойдёт. Даст складам основание снять партию без паники.

Мара стояла над столом умершего человека, держа запечатанный пакет со вторым флаконом. Только что она предложила скрыть причину изъятия, чтобы не спугнуть убийцу. Не защищала аптеку и не доказывала мне свою полезность. Решала задачу.

— Пишите, — сказал я Ивару.

Он вышел к ближайшему кристаллографу.

Мы продолжили осмотр. В секретере нашлись счета, два письма от сестры Берга и черновик речи для комиссии. Последние страницы были испачканы чернилами. Берг писал о завышенной цене Огненной соли, отсутствии независимой проверки и росте смертности среди ветеранов.

Внизу стояли фамилии трёх свидетелей, которых он собирался вызвать.

Моя.

Полковника Тоу.

Отставного майора Листа.

— Тоу умер на прошлой неделе, — сказал Ивар, вернувшись в комнату. — Сердечный приступ.

— Дракон? — спросила Мара.

— Да.

— Лист где?

Ивар нахмурился.

— В Кайрском лазарете. Последнее сообщение — сильное истощение сердцевины.

Случайность перестала быть рабочей версией.

Лея забрала черновик щипцами и положила между чистыми листами.