Книга Верхний мир. Призрак свободы, страница 10 – Майя Олав Глакс

Хоук замолчал. Еще несколько минут назад он думал, как бы выхватить меч у генерала и всадить его прямиком в шею Правителя. Но теперь яростный огонь в его глазах стал как будто утихать, а возмущение на лице уступило место сомнению.

— Ну же, мистер Хоук, смелее, — довольно произнес Эгго.

— Какого Всадника тебе нужно от меня⁈

— Всего лишь быть моими глазами и ушами в рядах бывших стражей Эстера. Будешь докладывать, где они встречаются, с кем общаются, особенно это касается Джоан Берч и Джейсона Милтона.

Рейн нахмурился, посмотрел на Арнлейва, затянувшись сигаретой. А вот лицо Равена не выражало никаких эмоций, он как будто уже и вовсе потерял интерес к Хоуку.

— Ты же уже все видел в моей голове… И где наш штаб, и сколько нас, о чем мы разговариваем… Видел, что никто из нас не представляет угрозы. Так зачем тебе это все?

— Это уже не твое дело, зачем мне это. Я прошу не так много, верно? — ответил Эгго. — Всего лишь докладывать мне, что происходит в подполье Эстера, в обмен на жизнь твоего брата и возможность увидеться с Дженнифер.

Хоук снова замолчал, пытаясь утихомирить Тьму в своей голове, которая так и манила его примкнуть сильнейшим.

— Можешь не отвечать мне немедленным согласием, я понимаю, не так просто предать свои идеалы в одну минуту. Но будет достаточно, если ты мне скажешь — кто помог вам сбежать из плена?

К этому вопросу Квентин явно не был готов, как и соправители лорда Орла, у которых мигом вернулся интерес к дрожащей фигуре эстеровского хранителя.

— Ты до сих пор не знаешь?.. Ты ведь мог увидеть это в голове у Дженнифер…

— Как видишь, Квентин, я держу свое слово. Я обещал своей жене, что не буду лезть в ее мысли, и не делаю этого, — усмехнулся Арнлейв.

Бывший страж Эстера не верил его словам, но почему-то его слова звучали так убедительно, что Хоук отчего-то все больше верил в честность Эгго.

— Тогда ты можешь посмотреть это в моей голове, зачем мне называть имя? — он не понимал, какую игру затеял Правитель Вусмиора, но вмешивать в это дело еще одного человека добровольно точно не хотел.

— Копаться в твоих скучных воспоминаниях? Избавь меня от этого. Твой ответ будет залогом твоей преданности и доверия. Только имя — и ты свободен, — у Квентина сперло дыхание, а орел, сидящий в клетке, заклекотал. — Ну же, я жду.

Лонде-Бри

Снег в столице Амхельна, казалось, застал всех врасплох. Бурливший жизнью город будто замер в оцепенении и не пришел в себя ни через двулуние, ни через месяц. Покрытые коркой льда тротуары длинных улиц оставались пусты и днем, и ночью, а вереницы переливающихся в свете эфирных фонарей мобилей, стоящих в бесконечных пробках, словно вовсе застыли во времени. И так было не только с ними.

Аллард резким движением руля направил свой эфикар в сторону и срезал очередной затор на проспекте по пешеходной дорожке. Он редко нарушал правила, но сейчас привычная сдержанность изменила ему. Водители и пассажиры провожали взбунтовавшийся мобиль недоуменным взглядом, а сам же Рейн, глядя на оторопевшие лица, не мог отмахнуться от ощущения, что во всем мире время остановилось примерно полгода назад.

Вместе с маяком в центре Эстера угасли не только жизни его несчастных правителей. Несмотря на то, что из уличных аудиографов и с экранов трансвидеров по всему Вусмиору непрестанно вылетают лозунги вроде «Нация победителей!», «Прогресс Амхельна объединяет Вусмиор!», «Орел — не Правитель, Орел — Творец нашего будущего!», воздух между бесчувственным серым небом и промозглыми улицами словно день ото дня становился только более тяжелым и неподвижным.